Заметки и Новости

Сергей Худиев рассуждает 27.12.2024 о Царстве Бога(Небес) как якобы уже существующем среди христиан. Просто по факту "веры и крещения"! К сожалению, при этом не поясняется, кто именно подлинный "верующий" и "крещёный" – Патриарх Кирилл Московский и всея Руси, или же небезызвестный константинопольский деятель, аффилированный с Западом (пусть даже кому-то именно он – Патриарх в полном смысле слова). Не очевидно ли, что два человека, столь противоположные в своей убеждённости и деятельности, не могут быть в одном Царстве? И это – не говоря про "гражданина Епифана" (Думенко) и ему подобных, тоже "крещёных" и по-своему "верующих". Разумный ответ – ни один из них пока не в Царстве, но кто-то к Царству, возможно, близок, а иной – соработает, увы, против Божьего Царства, сам того не сознавая.

Что же видим у Сергея Худиева?

1) Рассуждения на тему Царства как "владычества"? – То самое, в чём Н.А. Бердяев разоблачал социоморфизм. Причём далее живописуется несходство Христа с земными царями. Но тогда к чему "владычество"? Ап. Иоанн называет христиан детьми Бога и прозревает большее (1 Ин 3:2) – а здесь навязывается понятие о "подданных" Царства.

2) Неправомерное отождествление "Сына Человеческого" в устах Иисуса Христа и в пророчестве книги Даниила. В первом случае есть артикли, во втором – нет! Второй случай подразумевает ровно тот смысл, что апологетом отрицается: "как бы сын человеческий" – тот, кто выглядит подобно человеку. Не замечать "как бы" (Дан 7:13) и "подобный" (Отк 14:14) – "фирменный метод" всех допускающих эту ошибку, а таковых, увы, немало. В случае же речений Христа "Сын Человеческий" – это прежде всего указание на самого себя в третьем лице (что доказывается разными способами; в частности, так объясняется, почему иудеи избивают Его на допросе Мф 26:64-67, Мк 14:62-65).

3) Попытка изобразить, будто бы слова о возрастании Царства Небес подобно зерну, вырастающему в дерево (Мф 13:31-32) или закваске, увеличивающейся в объёме (Мф 13:33), отражают реальность нашего мира после распятия Иисуса. При этом Сергей Львович (что уже хорошо), признаёт, что Царство "внутрь вас" означает "среди вас", а не "внутри каждого из вас". Но этим "роет себе яму"! Где же увидеть Царство, среди какого круга людей? Можно ли в него сперва войти, а затем оттуда отпасть, как случается? Спасение и вхождение в Царство уже при жизни – одно ли и то же (ср. Мф 19:24)? Если бы Царство и впрямь уже было данностью, то разве не выражалось бы в том, что у христиан наблюдалось бы единство? Но нет этого единства, а тем паче его возрастания: и внутри церквей, и, тем более, между ними.

И как быть с Откровением Иоанна, которое говорит о наступлении Царства Бога в форме тысячелетнего Царства праведных на земле (Отк 12:10, Отк 20:4-5). Иоанн, как и все первые христиане, ожидал, что события произойдут в самом ближайшем будущем, и никаких тысяч лет планировать не мог в принципе. Никто из христиан первых веков, даже пренебрегая логикой текста, не мог бы помыслить тысячелетнее Царство раньше второго пришествия.

Самое же главное, что такая точка зрения игнорирует несовместимость между ранними и поздними словами Иисуса Христа. Ранние Его речения подразумевали рост Царства, и не подразумевали казни (распятия). Но с некоторого момента (Мф 16:21; Евангелия противоречат друг другу в хронологии относительно этого события) Христос заговорил о возможности неблагоприятного хода событий, что у последователей не могло не превратиться в безусловное утверждение. Однако иная возможность, пусть тающая, сохранялась до конца: если бы иудеи массово вступились за Него, и предание казни не состоялось бы... Полагай Христос свою смерть чем-то "полезным", неизбежным ("юридическим" или сколь угодно ещё безумным) условием искупления, то Он никак не мог бы молиться об избежании этого (Мф 26:39). И уж тем более, Он не относил бы искупление ко второму пришествию (Лк 21:27-28).

Ко второму периоду относятся Его пророчества о возможности катастрофического духовного падения человечества: "Сын Человеческий, придя, найдет ли веру на земле?" (Лк 18:8). Одно из двух: либо Царство возрастает подобно закваске, торжествуя в мире, либо же ко второму пришествию христианство сходит на нет (не обязательно, но вероятно). Сценарий возрастания Царства соответствует традиционному ожиданию Мессии в иудаизме (и не только в иудаизме, что важно! и в зороастризме, и в пророчестве Вергилия о Младенце, воздвигающем Золотой век). Второе же, в той или иной мере неблагоприятное – фактически осуществившийся сценарий, когда иудеи не поддержали своего Мессию, вследствие чего духовное преображение человечества оказалось невозможным.

Все эти вещи в их неразрывной связи с иномировой борьбой сил добра и зла, раскрыл Даниил Андреев, и вне его метаисторических разъяснений христианство не может выглядеть для логически требовательного мышления чем-то иным, как сборником странных противоречий.