В оглавление «Розы Мiра» Д.Л.Андреева
Το Ροδον του Κοσμου
Главная страница
Фонд
Кратко о религиозной и философской концепции
Основа: Труды Д.Андреева
Биографические материалы
Исследовательские и популярные работы
Вопросы/комментарии
Лента: Политика
Лента: Религия
Лента: Общество
Темы лент
Библиотека
Музыка
Видеоматериалы
Фото-галерея
Живопись
Ссылки

Лента: Общество

  << Пред   След >>

Круглый стол о Русской весне в большой русской истории

Севастополь нас встретил отличной погодой… и отличной погодой на интеллектуальном фронте.

Все началось перед самым Новым Годом с моего мимоходом брошенного Борису Межуеву предложения: «А не съездить ли нам в Севастополь на пятилетие референдума?». Борис охотно поддержал идею, но скорректировал: «Может, лучше на пятилетие Дня Народной воли?». И следом: «И какое-нибудь мероприятие провести».

В итоге, говоря словами замечательного и моего любимого русского сатирика Аркадия Аверченко – кстати, урожденного севастопольца – «все заверте…».

Вызрела концепция научно-практической конференции о событиях Русской Весны и том, какую роль в ней сыграло народное волеизъявление, которое, в свою очередь, предполагалось обсудить с философско-терминологической точки зрения – революция ли это, контрреволюция, антиреволюция или вообще какая-то новая, доселе неизведанная форма исторической и политической жизни. Всяческое содействие в подготовке нам взялся оказать «ForPost», за что ему отдельное большое спасибо.

Кстати, о главном севастопольском сайте. К месту назначения, когда пришло время конференции, мы с моим товарищем Николаем Проценко добирались от Краснодара при помощи сервиса BlaBlaCar. Наш возница, парень весьма компанейский, словоохотливый и озабоченный идеей издать книгу о своих поездках, попутчиках и вообще жизненных историях, поведал, что каждый день читает «ForPost», «и вообще все молодое поколение горожан за него и его линию». Не скрою, было приятно.

Пишущего человека в современной России часто гложет мысль о слабой общественной востребованности его труда. Особенно она тяжела на фоне картинок из прошлого: шутка ли, до революции славянофильская пресса дожимала царское правительство до войны с Турцией, в советское же время штатный журналист газеты «Правды» мог много месяцев ждать права на статью и, дождавшись, радоваться аки дитя, а за какой-нибудь «Литературкой» стояла очередь от киоска и до угла. Сейчас печатные СМИ ушли на третий план, Интернет, кто бы что ни говорил, отнюдь не вытеснил телевизор, и главные медийные персонажи все равно Соловьев с Киселевым. Да и в Интернете, если ты шагаешь не в ногу и не имеешь доступа к основным площадкам, тоже особое внимание не светит. Поэтому – да, приятно.

Кстати, шофер, который попался на обратном пути, был намного менее разговорчив, бурно реагируя лишь на некоторые чем-то цепляющие его слова, например, «Газпром» и «мусульмане», но и он признался, что читает «ForPost».

Севастополь нас встретил отличной погодой…и отличной погодой на интеллектуальном фронте. Наша конференция, привлекшая серьезное внимание местной публики, была близка к идеалу того, что поэт охарактеризовал как «братский спор славян между собой». Братский – и при этом жесткий – но одновременно и глубокий.

Философы, политологи, историки и журналисты самых разных воззрений, от правоконсервативных до левоцентристских, отстаивали свое мнение по поводу революции вообще, революции (или все-таки не революции?) конкретно в Севастополе и ее влияния на общероссийскую жизнь и будущее. На выходе рождалась не свара, но достаточно плодотворное соработничество. Впрочем, в этом немалая заслуга модераторов – уже упомянутого Бориса Межуеваи замечательной Любови Ульяновой. Назвал бы ее применительно к ее стилю управления дискуссией «железной леди», но при аутентичной носительнице этого прозвища, той, что М.Тэтчер, разорялся и оставался без работы английский рабочий класс и умирали политзаключенные, здесь же, наоборот, богатела и наливалась жизнью настоящая русская мысль. Так что уместнее применить оборот «мягкая сила».

Главный же лично для меня тезис конференции сформировался уже ближе к ее окончанию, когда Вячеслав Николаевич Горелов рассказал о любопытном казусе: первые несколько дней своего пребывания в ранге народного мэра Алексей Михайлович Чалый сидел под портретом Януковича, чтобы ввести в заблуждение новую киевскую власть, дескать, все в порядке и в рамках украинского поля. Янукович как фактор успокоения для свергнувшей его хунты – парадоксально, но в то же время глубоко символично, особенно если вспомнить, что несколько месяцев спустя сын Януковича, уже в российской эмиграции, заявил, что Крым – украинский.

Получается, все эти януковичи, тимошенко, порошенко, тягнибоки и кличко, при безусловных и неисчислимых внутренних разногласиях, одна банда, объединенная в том числе и консенсусом относительно принадлежности Крыма и Севастополя, не говоря уж о Донбассе.

А есть ли у нас своя в хорошем смысле слова банда, некая пестрая и сложная, но имеющая консенсус по ключевым вопросам и не разделяющаяся сама в себе целостность?

«Они» считают, что есть, и что «русский демократ заканчивается там, где начинается украинский вопрос». Мы понимаем, что хорошо бы, но нет, или она возникает буквально на секунду и тут же рушится. А должна быть! Основанная и на севастопольском консенсусе, и на духе обсуждавшего его субботнего мероприятия.

И, конечно, достойной кульминацией программы стала организованная нам на следующий день экскурсия в музейный комплекс «35-я береговая батарея», где, кажется, никто из нас раньше не был.

Сказать, что это место перепахивает тебя изнутри и снаружи – значит, не сказать почти ничего. Здесь как-то особо начинаешь понимать правоту французской школы «Анналов», стремившейся постигать историю через призму повседневной жизни людей – особенно простых – и мелкие детали этой жизни. Но «Анналам» все же был свойственен некий чересчур упрощающий социологизм. Социологизм 35-й батареи, рассказывающий о повседневности защитников Севастополя, напротив, возвышающий. Ибо повседневная и жуткая обыденностью сопутствующих лишений жизнь здесь заканчивалась героической смертью ради города и всей Отчизны.

Мой университетский научный руководитель Сергей Петрович Поцелуев, человек взглядов не атеистических, но, скорее, агностических, как-то рассказывал, что два раза в жизни испытывал ощущение встречи с чем-то метафизическим, надматериальным, нездешним – в константинопольском Соборе Святой Софии и на Валааме. 35-я батарея дарит такие же ощущения. Ты стоишь, еще не отошедший от вчерашнего насыщенного дня, периодически выпадаешь из реальности и не можешь полностью сконцентрироваться на рассказе замечательной женщины-экскурсовода, которая помнит биографии сотни защитников, откуда они родом и чем сейчас занимаются их потомки. Она рассказывает о военвраче Валентине Кофмане, который в последние дни перед отступлением должен был эвакуироваться на самолете, но уступил свое место военфельдшеру Кононовой, только что родившей сына. Валентин Соломонович попал в плен, на первом же построении потребовал (!) от вражеского офицера допуска к раненым, чтобы оказать им помощь, и получил пулю в лоб. Кононова же назвала своего сына Севаславом – Севастополю Слава. И ты, еще десяток секунд отвлекшийся на что-то постороннее, вдруг чувствуешь, как из твоих глаз текут слезы…

Дальше – больше, эмоциональный накал нарастает, и ближе к финишу кажется, что ты уже лишен сил и прошел точку перерождения. Но вот черед предпоследнего зала, черные стены, которые сверху донизу покрыты именами защитников батареи и города… и, наконец, последнего. Про него рассказывать нет смысла, кто был –тот знает, кто не был – тот должен побывать. Вообще 35-я батарея, Мамаев курган и Саур-Могила в ДНР (плюс, конечно, Бородинское и Куликово поля) – три места, где русский человек должен побывать, чтобы полностью отстроить свое национальное сознание и историческую память. Наши Мекка, Стена Плача и Яд Вашем.

А когда ты, окончательно и бесповоротно перерожденный, выходишь наружу, экскурсовод рассказывает одну донельзя яркую деталь, после которой оказывается завершенной картина не только 1942-го, но и 2014-го. Она рассказывает, как 21 и 22 февраля 2014-го сюда десятками приезжали простые севастопольцы, чтобы прикоснуться к своим священным камням и задать вопрос их хранителям, про себя – погибшим, вслух – нынешним живым. Вопрос одновременно самый простой и самый сложный – что делать.

Ответ на него произнес когда-то еще адмирал Корнилов: «Отстаивайте же Севастополь!». Отстояли.

Спасибо Алексею Михайловичу Чалому за то, что помог возродиться памяти о 35-й батарее, за то, что стал лидером города в феврале-марте 2014го, и за то, что перекинул между двумя эпохами мостик, без которого, вполне возможно, батарея осталась бы в небытие, а Севастополь – в украинском плену. И еще раз спасибо всем, кто помог нам организовать нашу конференцию и продлить хрупкий этот мостик в сегодняшний день.

Возможно, продолжая на ходу достраивать его все вместе, мы сможем перейти через бушующую реку кризисов и невзгод.


Станислав Смагин
Источник: "ForPost"


 Тематики 
  1. Русский мир   (163)