В оглавление «Розы Мiра» Д.Л.Андреева
Το Ροδον του Κοσμου
Главная страница
Фонд
Кратко о религиозной и философской концепции
Основа: Труды Д.Андреева
Биографические материалы
Исследовательские и популярные работы
Вопросы/комментарии
Лента: Политика
Лента: Религия
Лента: Общество
Темы лент
Библиотека
Музыка
Видеоматериалы
Фото-галерея
Живопись
Ссылки

Лента: Общество

  << Пред   След >>

«Против нас не народы, а идеология»

Никифоров: – Здравствуйте, дорогие братья и сестры! Сегодня у нас в гостях Дмитрий Олегович Бабич. Обозреватель агентства “Россия сегодня» и частый гость нашей программы.

Бабич: – Здравствуйте!

Никифоров: – Дмитрий Олегович, многие верующие люди не уделят внимания новостям международной жизни. Они считают: не надо нам и знать о том, что в этом мире происходит, лучше сосредоточиться на каких-то своих чисто внутренних, духовных проблемах, в них разобраться поглубже. Но вот – вы говорите, что за последними политическими событиями стоит еще и духовное измерение? Если я не ошибся, то в чем это выражается?

Бабич: – Вы абсолютно не ошиблись. Я не согласен с противопоставлением политики духовной жизни и духовному подвигу в особенности. И я бы даже сказал, что вот эта мысль: «Не надо думать о политике, все само образуется» – эта мысль однажды Россию уже чуть не погубила. Все историки согласны, что для борьбы с большевизмом например, в 1917-1920 гг. были все материальные возможности: против слома Церкви и государства была значительная часть вооруженных сил, добавьте помощь Антанты, а также противников большевиков из самого революционного лагеря – в первую очередь эсеров. Но наши военные были абсолютно политически наивны, неопытны. В военных училищах много лет почиталось дурным тоном читать газеты. И это их погубило, и, к сожалению, не только их: в осевые моменты февраля 1917 и начала 1918-го годов военные оказались политически дезориентированы, они не знали, кто какие решения предлагает.

Что такое политика по определению? Та часть общественной жизни, которая связана с государством или с массовыми движениями в обществе. А эти вещи сегодня, в век средств массовой информации, – повсюду. Поэтому ничего греховного в том, чтобы видеть, что происходит в мире, интересоваться тем, что происходит, волноваться об этом – ничего греховного в этом нет. Грех – это как раз равнодушие к этим вопросам.

Никифоров: – В конечном счете, мы не кроссворды же разгадываем, правильно?

Бабич: – Конечно.

Никифоров: – И не читаем какую-то там желтую периодику про похождения каких-то там ..

Бабич: – Светских персонажей.

Никифоров: – Не будем их называть. Если честно, я даже не сразу смог припомнить, кого бы из них назвать, потому что не читаю этого совершенно.

Бабич: – Раньше более грубое слово употреблялось, а теперь вот придумали эвфемизм, приличное словцо для такого рода лиц – светский персонаж. Вообще мы живем во времена подмены понятий, так что иногда тоскуешь по старой доброй привычке называть вещи своими именами. Недавно я натолкнулся в американской газете на такое выражение – «бихейвиористский анализ», т.е. анализ поведения (behavior – поведение по-английски). В чем этот анализ может состоять? В том, что о вас через ваш компьютер узнают, что вы покупаете, что вы говорили и что писали. Раньше это называлось подслушивание и подглядывание, а теперь вот – бихейвиористский анализ.

Никифоров: – Сейчас на экранах крупнейших СМИ новостных вовсю обсуждается якобы имевшая место связь Трампа с порно-звездой. И даму эту показывают, и она с заявлениями она выступает... Скажите: это уже дно или еще нет?

Бабич: – Знаете, вы задели в этом случае чувствительную нотку. Я вчера просто просто упал в обморок от статьи про эту даму в «Нью-Йорк таймс». Статья имела заголовок типа «Путь к звездам» – ну, вы знаете, что именно в США «звездностью» придумали называть некогда презренную людскую славу. И там рассказывалось как раз про эту порно-звезду. И статья начиналась с фразы: «От маленькой скромной застенчивой студентки она доросла до таких высот» И дальше шло описание того, чего эта дама своим телом себе заработала. У нее, оказывается, есть какой-то свой бизнес в той же сфере, то есть она не только сама снималась в срамных фильмах, но и запустила целый конвейер по их производству. И, по мнению «Нью-Йорк таймс» выходит, что это не позорно, а хорошо. О ней говорят как об уважаемом человеке, состоявшемся в этой жизни: вот вам «женщина, которая себя сделала», зарабатывающая, независимая, да еще и университет кончила и теперь всем оценки дает... Я с такими вещами борюсь только смехом. Я написал в читательском комментарии: «Ну, прямо Альберт Эйнштейн».

Никифоров: – Совершенно верно. Но перейдем от вещей трагикомичных к сугубо грустным. Вот высылка дипломатов, масштабнейшая акция антирусская. Что это такое? Ведь отравление предателя Сергея Скрипаля, бывшего офицера российской разведки, согласившегося работать на англичан за деньги – это же все очень смахивает на провокацию. И это сказано было Песковым и нашими представителями дипломатическими..

Бабич: – Да и нейтральными людьми было сказано, что это провокация.

Никифоров: – Провокация – и какого наглого, хамского характера! С очевидными нестыковками, бездоказательная совершенно!

Бабич: – Да, одни версии попадания яды в тело Скрипаля и его дочери чего стоят. Сначала англичане говорили, что их обрызгал ядом прохожий, потом – заговорили про еду, потом – про дрон, с которого была «выплюнута» отрава. Потом – будто яд был в машине Скрипаля, потом – что его привезла дочка в чемодане из России. Теперь вот все затмила дверь квартиры Скрипаля, в которую якобы и был «вмазан» яд, и теперь эту дверь английские полицейские увезли для анализов…

Когда было дело Литвиненко, мы хотя бы видели фотографии этого человека в больнице. Какие-то даже интервью с ним были, по телевизору и радио передавались его высказывания. Тоже сомнительно, но хотя бы звук и изображение были, и была гибель Литвиненко, пресса снимала его похороны.

А в истории со Скрипалем всепроникающая британская пресса не может даже проникнуть в больницу, где якобы находится этот отравленный британский агент. При этом и иностранные, и даже наши российские журналисты называют его то «русским шпионом», то двойным агентом. Хотя никакой он, конечно, не российский шпион и не двойной агент. Двойной агент – это человек, который работает на две разведки так, чтобы каждая из них не знала, что он работает и на другую. А тут англичане его просто подкупили, и никакой двойной игры не было: англичане о его измене знали, а мы до поры до времени нет. Так что Скрипаль – элементарный предатель, чисто британский агент. В России ведь он не скрывал своей официальной профессии: он был официальный сотрудник Министерства Обороны, Главного Разведывательного Управления (ГРУ). Но при этом он тайно передавал информацию Британии. За что он совершенно оправданно, как это было бы и в любой стране, сел в тюрьму. Потом его обменяли на свободу для арестованных в США российских агентов.

Но главное – это даже не сама провокация в Солсбери, а то, что произошло после. Вот эта беспрецедентная по количеству высылок дипломатов кампания. Выслано из США и других западных стран более 150 российских дипломатов. Представляете, как это запомнят в российском МИДе: ведь люди уже обжились на новом месте, учили и растили там детей… Попробуйте оставить свой дом в течение менее семи дней.

Но, вы знаете, эта история – как олимпиада в Пхенчхане. Больно, но полезно: в какой-то степени эта несправедливость может нам открыть глаза на Запад, а потому быть полезной. Пока что нам наносятся символические удары. Выцсылают дипломатов, унижают спортсменов… Но спорт – это для меня все-таки не жизнь, а лишь подготовка к жизни, в которой нужны будут сила и выносливость. Поэтому когда произошла вся эта ужасная история с нашими олимпийцами, которым не дали нести свой флаг, петь свой гимн – это очень неприятно, но всё-таки это скорее символ: унижению подверглись 160 человек. В Пхенчхане они прошли в этих серых «нейтральных» костюмах типа тюремных роб.

Хуже – когда вы имеете 145 миллионов человек в тюремных робах, не имеющих право показывать свой флаг и петь свой гимн. Нам эта опасность грозила в 1941-м году, и вот нам о ней напомнили сегодня в Пхенчхане. Спасибо за напоминание, господа подлецы, мы теперь укрепимся и сплотимся – как в 1941-м году.

Та же история и с высылкой дипломатов. Ужасно неприятно. Но дипломатия – это всё-таки не хлеб и вода, это то, без чего можно прожить, хотя ущерб наносится и безопасности, и культуре и т.д. Что означает этот символический акт?

Я в течение всех последних лет активно выступал против упрощенных трактовок нашей конфронтации с Западом. Когда эта конфронтация стала очевидной в 1990-е, первая трактовка была допустима даже в так называемых либеральных кругах. Мол, все эти враждебные действия – это всего лишь остатки, рудименты холодной войны. Она забудется, времена эти уйдут в прошлое, всё исправится. Но ничего подобного не происходит. Наоборот, враждебность Запада к России с каждым годом становится сильнее и сильнее. Рудименты так себя не ведут, рудименты отмирают.

Поэтому версия о рудиментах – это, конечно, неправда. Потому появилась вторая версия – о плохих западных чиновниках, которые все во всем и виноваты. Вот, мол, сидят несколько людей в госдепартаменте, в Вашингтоне, – и вредят нам. Ну, может быть, еще в некоторых европейских столицах остались некоторые такие плохие «официальные лица». И вот они нам только и вредят. А народ США и Европы, почему-то слушающий и покупающий газеты с идиотскими статьями о России, – он ни в чем не виноват.

Эта версия опять же несостоятельна. Потому что невозможно проводить такие масштабные санкции, невозможно устраивать войны огромных странах типа Ираке, Ливии и Сирии, продвигая военную структуру НАТО к границам России, – и все это только потому, что 3-4 чиновника не любят Россию. Поэтому моя точка зрения такая: против нас не народы, не отдельные страны, против нас идеология. Мы с ней знакомы по ее внешним проявлениям: вульгарное, радикальное понимание феминизма, эксперименты со «всеми видами семьи», требование ликвидации суверенитета целых стран на основе «открытости всемирного рынка». На самом деле у этого «всемирного рынка» есть более неприятное имя – монополия транснациональных корпораций. Эти корпорации завозят себе работников со всего мир, находя самых дешевых и эффективных в ущерб местному населению. Ликвидация границ часто выглядит не как свобода поездок и туризма, о которой мы мечтали в советское время, а как эксперимент с заселением страны чужаками – без спроса со стороны самого местного населения.

То есть хорошие либеральные лозунги – свобода экономической деятельности, равенство мужчин и женщин на работе, свободное передвижение людей – в радикальном, ультралиберальном варианте становятся ужасными.

Идеология ультра-либерализма сегодня – антихристианская. Она в чем-то схожа с другими радикальными идеологиями: например, с советским сталинским коммунизмом, который был как бы ультра-социализм, доведение до безумия социалистических идей девятнадцатого века. Так же и немецкий нацизм можно было назвать ультра-национализмом.

Как это работает? Какие-то берутся лозунги, понятные людям. Тот же социализм. Кто против, чтобы делиться, помогать бедным? Но эти хорошие лозунги доводились до абсурда. Конечно, надо было улучшить положение пролетариата в начале двадцатого века в России. Но из пролетариата в раннем СССР сделали какого-то идола. Пролетарское искусство, пролетарская наука... Очень скоро выяснилось, что нет буржуазного или пролетарского искусства. Есть плохое искусство и хорошее, есть искусство доброе и злое, божеское и дьявольское. Это всегда было так и будет так.

Не было никакого пролетарского искусства: как только пролетарии, подобно ученику Андрея Белого по фамилии Санников, получали образование – они становились интеллигентами и нормальными русскими писателями, музыкантами и т.д. Тем не менее, пролетарское искусство пытались создать. И вот сейчас на наших глазах то же самое творится на Западе.

Там вместо пролетариата берется группа или, вернее, несколько групп населения, из которых лепят этого идола. Во–первых, это феминистски, конфронтационно настроенные женские группы, организации. Во-вторых, это опять же скандально, крикливо, сутяжнически настроенные меньшинства – сексуальные и национальные. Вот ради них якобы и творится ныне перекройка мира, при проведении которой допускается почти любая жестокость, а также самая отвратительная ложь. И вот сейчас мы это видим в этом деле Скрипаля именно такую ложь.

Уже сейчас британские учение говорят, что не могут выявить источник примененного против Скрипалей газа, но опыт показывает, что устроители этой провокации не пострадают. Вот, я принял участие в обсуждении этой темы на ТВЦ, в программе «Право голоса». И Сергей Борисович Станкевич, наш демократ первой волны, сказал такую фразу, которую по-английски называют “wishful thinking“ – попытку выдавать желаемое за действительное.

Сергей Станкевич сказал: «Да посмотрите на Колина Пауэла и Тони Блэра, (организаторов вторжения в Ирак) – они на улицу выйти не могут». Я не выдержал и крикнул, хотя я обычно не перебиваю.других: «Послушайте, Тони Блэр три дня назад получил премию Авраама Линкольна в США. И при таком почете вы говорите, что он не может выйти на улицу?» К Тони Блэру не дают подойти родителям британских солдат, убитых в Ираке – его охраняют в радиусе ста метров. Безнаказанность – полная. И вот это ужасно, понимаете?

Надо понять: безнаказанность – это не христианство. Некоторое подобие Божественной справедливости должно быть и на земле. Слова Христа о непротивлении злу насилием у нас часто намеренно искажают. Что такое намеренно подставить другую щеку? Это когда против Вас совершается какая-то несправедливость – Вашими родственниками, Вашими друзьями, начальством, в конце концов. Когда необходимо для общего дела что-то стерпеть. Вот это – по-христиански. Но если при вас бьют женщину, издеваются над ребенком – а вы молчите и идете мимо? Это что? Когда совершают святотатство со взломом храма или принуждением людей видеть невыносимое для них зрелище, как это было с группой «Пусси райот», а вы молчите – это что? Когда совершается вообще какое-либо насилие, в том числе и словесное – ведь словами так обидеть человека, что никакие кулаки такого ущерба не нанесут. Вот все это происходит – а Вы не реагируете. Это что, христианский подход? Нет! Если вы хотя бы не звоните в полицию, если уж нет возможности своими силами остановить несправедливость, если вы этого не делаете – то Вы никакой не христианин. Это никакое не смирение. Это в лучшем случае неспособность отличить добро от зла, а в худшем – просто трусость и леность ума.

У нас был и есть выбор между добром и злом. Я нарочно смотрел все внешнеполитические пункты программы Явлинского, Собчак. У Явлинского – немедленный вывод войск из Сирии. Мол, не наша война, поскольку не наш регион. Ну для него, может быть, этот регион ничего и не значит, но вообще-то христианство вышло из того региона. И убивают там прежде всего христиан православных. Хотя не только их: убивают представителей религиозного меньшинства алавитов, убивают и мусульман суннитов, если только они не согласны с исламистами из запрещенного в России так называемого «Исламского государства». Всех этих людей убивают, и Запад этому активно потворствует. А мы будем стоять в стороне?

Никифоров: – Недавно меня спросили на радио: нам до сих пор не сказали, что мы делаем в Сирии, зачем нам это? Я, как гражданин, хочу знать, хочу понимать, зачем там наши войска, что нам нужно в этой Сирии?

Бабич: – Этот человек, кто это сказал, плохо, извиняюсь, читает газеты, плохо слушает радио и явно смотрит не те передачи по ТВ. И радио «Радонеж» об этой теме высказывалось, и Святейший, и Президент, и огромное количество людей – включая арабистов-специалистов.

Вспомните, как в 2013-м году сирийское правительство обвинили в химической атаке. Обвинили как нас по делу Скрипалей, бездоказательно, да еще и не дали туда приехать никаким инспекциям, в тот район, где якобы была проведена химическая атака правительственными войсками. А США тогда уже реально готовились бомбить Сирию. Напомню: это был ноябрь 2013 года. Осень. Уже через две недели создастся вот это так называемое Исламское государство, запрещенное в России. Все его структуры на самом деле уже были наготове и в Сирии, и в Ираке. Эти организации ждали, что американцы разбомбят сирийскую правительственную армию, и тогда исламисты беспрепятственно, уже при поддержке авиации НАТО, войдут в Дамаск, завладеют там и химическим оружием, которое там было, и другими видами разрушительного оружия. И тогда наши проблемы с Чечней или с талибами нам бы показались сказкой, потому что это реально страшные вещи: если у негодяев в руках вещества, 4 грамма которых могут отравить целый квартал. Химическое оружие было в арсеналах сирийских правительственных войск, они его готовили на случай смертной битвы с Израилем. У Израиля, как известно, есть ядерное оружие, так что сирийцы со своей стороны приготовили дешевую альтернативу. И в итоге все это могло попасть к так называемому Исламскому государству.

Что сделала Россия? Она вмешалась дипломатически, активно пользуясь некоторой нерешительностью Обамы, предложила вариант химического разоружения Сирии, и мы спасли ситуацию. Потом через два года опять, пользуясь поддержкой Запада, многочисленные оппозиционные группировки уже дожимали правительственные войска, собирались отрезать сирийскую столицу Дамаск от Ливана, собирались фактически взять в кольцо Дамаск.

И тут на сцене появилась Россия.

Но как нам удалось разместить авиабазу в стране, с которой у нас нет общих границ?

Когда говорят, что мы одни в мире, – это неправда. Братья и сестры, не верьте!

Посмотрите на карту: как могли попасть в Сирию наши самолеты? Их пропустили Ирак и Иран. Причем главную роль сыграл Ирак, недавно оккупированный американскими войсками. Истощенный войной, с переделанным американцами правительством, Ирак тем не менее нас пропустил. А почему? Потому что там после всех страданий появилось правительство, которое признало позитивную роль России.

Ирак помнит, что после прихода американцев в 2003 году между сунитами и шиитами завязалась война, в которой тяжелейшим образом пострадали еще и иракские христиане. А христиане почти две тысячи лет жили в Ираке. Там были церкви, общины, там все было. И они просуществовали все эти две тысячи лет, а после американского вторжения в 2003 году христианская община в Ираке почти самоликвидировалась. Нынешнее правительство Ирака представляет в основном шиитов, но тем не менее правительство и большинство иракцев мечтают о мирной нормальной жизни, они не хотят повторения в Сирии тех же мучений, которые они перенесли в Ираке. И они не хотели, чтобы Сирия полностью повторила их тяжелую судьбу. Вот они и дали нам возможность действовать в Сирии.

Никифоров: – Но все же вернемся к высылке дипломатов. Это масштабная акция, в которой солидарность с Британией проявили практически все западные страны.

Бабич: – У нас в последние годы многие говорили, что Англия и Америка плохие, что они плохо влияют на Европу и на другие страны Запада. Я все время говорю, что не Англия и Америка плохие, это не худшие из западных народов. Так что неправильно валить все на англосаксов. Против нас не страны, а идеология. Адепты этой идеологии есть в Англии, есть в Америке, к сожалению, они доминируют там в правительстве. Но они есть и в Греции, и в Сербии, они у власти на Украине. И представителей этой идеологии очень много в России, они особенно заметны в СМИ и образовании.

Никифоров: – Что это за идеология?

Бабич: – Вот посмотрите, я беру в свои руки «Независимую газету», она очень любит писать о религии, в том числе пишет и о Православной Церкви. Статья «Хотят ли русские войны за веру?» критикует святейшего Патриарха за слова, сказанные в Болгарии. Патриарх сказал, что русский народ хотел освободить Болгарию. А потому именно русский народ имеет право на то, чтобы его страну Россию благодарили за освобождение Болгарии, а не другие страны. И еще Патроиарх сказал, что уговаривать тогдашних россиян проливать кровь за освобождение Болгарии не приходилось. Это все правда. Но газета сразу же нашего Патриарха пытается поймать на слове. Она пишет, что прежде всего ныне Болгария полноправный участник блока НАТО, причем одновременно с Турцией. Если возникнет опасность глобального противостояния, болгарские единоверцы согласно своим союзническим обязательствам выступят на стороне Северо-Атлантического альянса против России.

Тут уместна фраза – «мудрость века сего есть безумие перед Господом». Конечно, все люди слабы, конечно, Болгария после того, как Россия ее освободила, попадала и под немецкое влияние после первой мировой войны, и под нацистское влияние во время второй мировой войны. Но болгары никогда не меняли названия улиц в честь Царя-освободителя, в честь русской армии, которая разгромила турок, и никогда не хотели, просто отказывались воевать против России. Против каких-то других стран, в том числе, к сожалению, против православных сербов – болгары воевать были готовы. Потому что с сербами были старые племенные, если хотите, территориальные споры, которые оказались, к сожалению, выше общей православной веры. Это правда. Но на каком-то глубинном, если хотите, духовном уровне, в душе есть у людей православное единство.

В опросе фонда «Пью-рисерч» и болгары, и греки, и киприоты, и сербы, когда недавно проводили опрос, оказалось, что они все равно считают своей главной защитницей, своим главным патроном духовным – Россию. И это не изменится со вступлением в НАТО и даже со вступлением в Евросоюз. Внешние какие-то обязательства НАТО и Евросоюз могут наложить. Но на мысли людей санкции наложить нельзя.

Нынешней ультралиберальной идеологии Запада удалось действительно все-таки заставить разные страны, в том числе и православные, например, Румынию, выслать наших дипломатов сейчас. Но спросите как следует (только без давления и запугивания!): что румыны думают о высылке российских дипломатов? Что болгары думают о высылке российских дипломатов из Европы? Они все будут против этого. И когда-нибудь этот фактор сыграет в нашу пользу.

Но «Независимая газета», ругая Патриарха, выступает с позиции этой идеологии, о которой я вам говорил. Вот цитата из газеты: «Между тем, уроки истории, казалось бы, должны привести стратегов и дипломатов к твердому убеждению, что аргумент единства веры архаичен, сомнителен в современном мире. Болгарский урок здесь очень полезен. Вера остается в области личных убеждений человека, опираться на набожность масс в политике неразумно. Большинство современных государств используют более практичные соображения при выборе союзников».

В чем состоит ультралиберальная идеология? Как я уже сказал, выдвигаются эти привилегированные группы, как когда-то у коммунизма был пролетариат, у них эти феминистски настроенные дамы, всякие меньшинства, создается такая квази религия, со своими мучениками, правозащитниками, убиенными часто неизвестно кем. Очень может быть, что и самими ультра-либералами. Создается мощная военная, экономическая структура. А людям обещают рай на земле, экономическое процветание, которое якобы автоматически наступает, если у вас есть вот эта самая рыночная экономика, свободная пресса, суды, как они говорят, независимые, и выборы с участием нескольких партий. Но посмотрите, без духовного наполнения мы сейчас видим, как эти вещи превращаются в свою противоположность.

Свободная пресса в Великобритании сегодня? Господа, это просто смешно. То, как освещает сейчас западная пресса Россию (и в том числе высылку российских дипломатов) не вызывает ничего кроме смеха и отвращения. Невозможно заставить журналиста лишь через соблюдение внешних правил быть честным и объективным. Вы скажете, что есть такие требования у западной журналистики – обязательно представить две стороны. Вот вы процитировали левого политика, процитируйте и правого. Послушайте, если мои симпатии на стороне левого политика, я выберу у него самую лучшую цитату, а у правого политика выберу самую глупую – я ведь введу вас в заблуждение?

Хотя формально я все сделал правильно.

Так же и документы можно цитировать выборочно. Весь объем документов публикуют только историки, профессионалы, люди читают газеты, слушают радио, где конечно же делается какая-то выборка этих документов. Если вы честный человек, журналист, то вы эту выборку сделаете объективно, представляя все стороны. Но если вы негодяй, то конечно найдете документы, которые выгодно представляют ваших союзников и якобы изобличают ваших оппонентов.

Никифоров: – Но как же удалось целую профессию сделать профессией негодяев?

Бабич: – Как только из какой-то профессии, из этой сферы уходит духовная составляющая, эта профессия становится профессией негодяев.

А у нас в Европе духовная составляющая – это христианство. И не только журналистская профессия тут страдает. Врач, который интересуется только слабостями человеческого организма, а не пользой для этого организма, – это будет доктор Менгеле в немецком концлагере. То есть это будет садист – абсурдная противоположность врачу.

Физик, который не задумывается о том, какие страшные вещи он придумывает и в чьи руки он их отдает, творит дьявольскую работу – мы это знаем. Поэтому то, что произошло, когда вдруг множество стран, в том числе и тех, которых мы называли своими союзниками, когда они все подсоединились к этой провокации – мне кажется, для нас это очень хороший урок. Если мы из него не извлечем полезной для себя информации, это будет очень неправильно, очень несправедливо. Не надо говорить, что вот их всех заставили американцы и англичане. Не было такого. Это и невозможно физически сделать. Здесь действует идеология. И адепты этой идеологии приходят к власти при помощи Запада. Да, им помогают прийти к власти и американцы, и некоторые страны Евросоюза, некоторые лидеры.

Если мы с этой идеологией будем бороться, а не с английским народом, у нас есть шанс победить. Потому что народ победить нельзя.

Никифоров: Ну вот, пора кончать. Увы, мы столь же щедрой поддержкой похвастаться не можем. Мы существуем на деньги пенсионеров – наших самых главных слушателей, хотя есть и ручейки от других. Храни вас Бог!


Источник: "Радонеж"

 Тематики 
  1. Общество и государство   (35)