В оглавление «Розы Мiра» Д.Л.Андреева
Το Ροδον του Κοσμου
Главная страница
Фонд
Кратко о религиозной и философской концепции
Основа: Труды Д.Андреева
Биографические материалы
Исследовательские и популярные работы
Вопросы/комментарии
Лента: Политика
Лента: Религия
Лента: Общество
Темы лент
Библиотека
Музыка
Видеоматериалы
Фото-галерея
Живопись
Ссылки

Лента: Общество

  << Пред   След >>

С Западом покончено, но почему? (CounterPunch, США)

Несмотря на определённые экономические и социальные неудачи, Западная Империя очень неплохо себя чувствует. Это в случае, если успешность мы измеряем возможностью контролировать мир, определять настроение умов населения всех континентов и замедлять почти весь реальный спад дома и за границей.

Что практически полностью исчезло из жизни, по крайней мере в таких местах, как Нью-Йорк, Лондон или Париж — простая человеческая радость, которая так очевидна и наглядна, когда она есть. Парадоксально, но в самом центре власти жизни большей части людей, по-видимому, полны тревог, каких-то страхов; там невозможно реализовать себя.

В общем, так или иначе возникает ощущение, что это неправильно. Разве не должны граждане торжествующей части мира, победоносной системы, быть, по меньшей мере, уверенными в себе и оптимистичными?

Конечно, существует множество причин, почему это не так, и некоторые из моих товарищей уже подробно останавливались на них и колоритно описывали как минимум основные причины депрессии и неудовлетворённости жизнью, которые буквально живьем съедают сотни миллионов европейских и североамериканских граждан.

Ситуацию по большей части рассматривают с социально-экономической точки зрения. Однако я полагаю, что наиболее веская причина нынешнего положения дел намного проще — Запад и его колонии почти полностью уничтожили важнейшие человеческие склонности: способность мечтать, испытывать страсть, бунтовать и «ввязываться во что-то».

Целеустремлённость, оптимизм, наивность почти полностью исчезли. Но ведь именно эти качества всегда двигали наше человечество вперёд!

* * *

В отличие от нынешних представлений на Западе, отнюдь не «знания» и определённо не «наука» стоят за самыми большими скачками развития нашей цивилизации.

Причиной всегда был глубокий и бессознательный гуманизм, сопровождающийся верой (и тут я говорю не о религиозной вере) и гигантской преданностью и верностью. Без наивности, без непритязательности нельзя достичь ничего великого.

Наука всегда присутствовала, и она важна для улучшения многих практических аспектов человеческой жизни, но она никогда не была главным двигателем, толкавшим нации к справедливому, сбалансированному и «жизнеспособному» обществу. Использованная просвещённой системой, наука сыграла важную роль в построении лучшего мира, но не наоборот.

Прогресс всегда начинался с человеческих эмоций и питался ими, почти иррациональными и недостижимыми мечтами, поэзией и широким размахом горячих страстей. Самые изящные концепции улучшения цивилизации зачастую не были логичны, они просто рождались из каких-то прекрасных человеческих инстинктов, интуиции и желаний (логика прилагалась позже, когда надо было уточнить практические детали).

Теперь же «знания», «рациональность» и «логика» на Западе, во всяком случае, загоняют человеческие чувства в угол. «Логика» даже подменяет традиционные религии. Одержимость «фактами» при «понимании» всего и вся в действительности становится абсурдно чрезмерной, догматичной и даже фундаменталистской.

Всё это фанатичное собирание «фактов» часто представляется искусственным, «металлическим», холодным и для многих отстранённых (географически или интеллектуально) наблюдающих крайне ненормальным.

Не будем забывать, что «факты», потребляемые массами и даже относительно образованными европейцами, в целом присходят из одних и тех же источников. Используется один тип логики и применяется несколько неотличимых инструментов анализа. Потребление чрезмерного количества новостей, «фактов» и «аналитических выкладок» обычно не ведёт к глубокому пониманию чего-либо или к поистине критическому мышлению, наоборот — эффективно убивает способность размышлять над совершенно новыми концепциями, а особенно — бунтовать против интеллектуальных клише и стереотипов. Неудивительно, что средний класс европейцев и североамериканцев — в числе самых больших конформистов на земле!

Собирательство гор данных и «информации» в большинстве случаев ни к чему вообще не приводит. Для миллионов это превращается просто в хобби, как любое другое, в том числе и видеоигры и игровые приставки. Это поддерживает человека «на высоте» так, что он или она могут произвести впечатление на знакомых или просто удовлетворить нервическую необходимость постоянно потреблять новости.

Что ещё хуже, большинство западников (и почти все иностранцы, усвоившие западные нормы) постоянно замкнуты в сложной совокупности «информации» и образов «всемирной паутины» со своими родными, друзьями и коллегами. Существует постоянное принуждение подчиняться правилам при недостатке пространства и почти нулевом вознаграждении за истинно интеллектуальную отвагу или оригинальность.

* * *

Властям уже удалось в широком масштабе стандартизировать «знания», главным образом используя поп-культуру и проведя идеологическую обработку населения с помощью «образовательных» учреждений.

Действительно, люди годами добровольно запираются в школах и университетах, напрасно тратят время, оплачивают его даже влезая в долги, просто для того, чтобы облегчить режиму процесс внушения и превращения их в добрых и послушных субъектов Империи!

Уже многие десятки лет система успешно воспроизводит целые поколения эмоционально мёртвых и сбитых с толку людей.

Эти люди настолько ущербны, что не могут ни за что сражаться (разве что иногда за собственные личные и эгоистичные интересы), они не могут принять чью-то сторону и даже не могут определить собственные цели и желания. Они постоянно пытаются (и напрасно) «найти что-то значимое» и что-то «выполнить» в жизни. Всегда дело в том, что они находят что-то, но не присоединяются к значимой борьбе или изобретают нечто совершенно новое ради человечества! Они продолжают «возвращаться в школу», они продолжают оплакивать «утраченные возможности», поскольку они «не выучили то, что, по их мнению, на самом деле надо было выучить» (не имеет значения, что именно они изучали или делали в жизни, они в любом случае чувствуют неудовлетворенность).

Они постоянно боятся быть отвергнутыми, они окаменели в своем невежестве и неспособности сделать что-то, а действительно значимое будет раскрыто и осмеяно (многие из них на самом деле ощущают, насколько пуста их жизнь).

Они несчастны, некоторые просто жалки, и даже склонны к самоубийству. Но их отчаяние не подталкивает их к действию. Большинство никогда не бунтуют, никогда на самом деле не выступают против режима, никогда не бросают вызов своему ближайшему окружению.

Эти сотни миллионов сломанных и праздных людей (некоторые из них вовсе не глупы) — огромная потеря для мира. Вместо строительства баррикад, написания неистовых романов или открытого осмеяния всей этой западной шарады, они по большей части молча страдают, некоторые становятся жертвами настоящих оскорблений или подумывают о самоубийстве.

Если появляется возможность значительно изменить свою жизнь, они её не видят или не могут понять. А потому, что не умеют сражаться: их «умиротворяли» с ранних лет, со школы.

И именно такими режим хочет видеть своих граждан. И получает!

Шокирует, что почти никто не называет этот кошмар его настоящим именем — чудовищное преступление!

* * *

Люди покупают книги, чтобы все понять, но вряд ли им удается дочитать их до конца. Они слишком заняты, у них отсутствует способность концентрироваться и настойчивость. К тому же подавляющее большинство книг, лежащих в магазинах, не дают никаких разумных ответов.

И всё же, многие пытаются: они анализируют и анализируют, — бесцельно. Они «не понимают и хотят знать». Они не осознают, что эта дорожка постоянного размышлений, при применении нескольких предписанных инструментов анализа, заводит в огромную ловушку.

На самом деле не так уж много и надо понимать. У людей украли жизнь, украли естественные человеческие чувства теплоты, страсти, даже любви (то, что они называют «любовью» — зачастую суррогат, не более).

Обо всём этом никогда не говорят — даже в фантастических романах — если только вы не читаете на русском или испанском. Успех Империи в воспроизводстве послушных, испуганных и лишённых воображения существ теперь окончателен!

Огромные корпорации процветают, элиты собирают огромные трофеи, а подавляющее большинство населения Запада всё больше теряет способность мечтать и чувствовать. А без этих предварительных условий невозможно никакое восстание. Отсутствие воображения вкупе с эмоциональным оцепенением — наиболее эффективная формула стагнации, даже регресса.

Вот почему с Западом покончено.

* * *

Гротескная одержимость наукой, подкреплённая врачебной практикой и «фактами», помогает отвлекать внимание от реальных и ужасающих проблем.

Постоянные дебаты, анализы и «рассмотрения с различных точек зрения» не ведут ни к чему иному, кроме бездействия. Но предпринимать какие-то действия слишком страшно, и люди больше не склонны принимать яркие решения или совершать поступки.

Всё это ведёт к тому, что почти никто на Западе теперь не готов собраться под каким-либо идеологическим знаменем или отважно принять то, что уничижительно называется «ярлыком».

Поколение «миллениум» интуитивно сбивается в различные движения, политические партии и группы. Ни один отдельный человек не добился никаких значимых перемен (хотя сильный руководитель во главе движения, партии или правительства определённо мог бы многого добиться).

Быть частью чего-то важного и революционного зачастую символизировало истинное значение жизни. Люди были (и во многих частях света так и остаётся) полностью преданы, привержены значимой и героической борьбе. Пытаясь построить лучший мир, воюя за лучший мир, даже умирая за него — это часто считалось самым выдающимся, что мог сделать человек в жизни.

На Западе таков подход мёртв, он тщательно уничтожен. Тут правит бал цинизм. Вы должны всё ставить под сомнение, ничему не доверять и ничему не быть приверженным.

От вас ожидается недоверие к любому правительству. Вы должны высмеивать любого во что-то верящего, особенно если это что-то — чистое и благородное. Вы просто должны вывалять в грязи любую попытку улучшить мир, где бы это ни происходило — в Эквадоре, на Филиппинах, в Китае, России или Южной Африке.

Демонстрация сильных чувств какого-нибудь лидера, политической партии или правительства страны, которое ещё способно на огонь и пыл, в таких местах, как Лондон или Нью-Йорк, встречается насмешливым сарказмом. «Все мы воры, весь род людской, а следовательно, и правительства, такие же» — вот такая смертоносная и ядовитая «мудрость».

Вот ведь как здорово! Какой прогресс…

Да, конечно, если тратить многие часы, анализируя какого-нибудь неистового лидера или движение, например, в Латинской Америке, как минимум какая-нибудь «грязь» обязательно всплывёт, поскольку ни единое место и никакая группа людей не идеальны. Это даёт западникам прекрасное алиби, чтобы ничего не делать. Вот так и придумано. «Оставь надежду на лучший мир, скажи, что просто ни во что больше не можешь поверить, и иди, тряси задницей в каком-нибудь лондонском или нью-йоркском клубе». А затем — опять в школу или на какую-нибудь бессмысленную работу. Или окаменей.

Это и в самом деле намного проще, чем усердно трудиться ради спасения мира или своей страны! Это намного проще, чем рисковать своей жизнью и бороться за справедливость. Это легче, чем пытаться действительно думать или изобрести что-то совершенно новое для нашей любимой и покрытой шрамами планеты!

* * *

В старой русской балладе говорится: «Так трудно любить.... Но так легко расстаться...».

И во многом как с революциями, движениями, борьбой, даже правительством, которое кто-то всецело поддерживает, так же и с любовью.

Любовь невозможно полностью исследовать, полностью проанализировать — иначе это совсем не любовь. В ней нет ничего, и не может быть ничего логического или рационального. И только когда она умирает, её начинают анализировать, при этом выискивая повод прикрыть тему.

Но пока она тут, пока она существует, жива, горячо пульсирует, применять «объективность» в отношении другого человека было бы жестоко, неуважительно, это своего рода предательство.

Только «новые западники» могут устроить такую пародию, анализируя любовь с написанием «руководств» о том, как обращаться с человеческими чувствами, как получить максимальную прибыль от своих «эмоциональных инвестиций»!

Как может мужчина, который любит женщину, сидеть на диване и анализировать: «Я её люблю, но, возможно, мне нужно дважды подумать, поскольку у нее чересчур большой нос, да и сзади она крупновата?». Это же полная чушь! Женщина, которая любима, действительно любима — самое прекрасное на свете.

Так же и с борьбой!

Иначе, без истинной приверженности и настойчивости, ничто не изменится, никогда не улучшится.

Но давайте не будем забывать — Империя и не хочет ничего улучшать. Вот почему она распространяет бесконечный цинизм и нигилизм. Вот почему она замазывает грязью всё чистое и естественное, вшивая в мозги странные «идеальные модели», так что люди постоянно сравнивают, судят, сомневаются, никогда не чувствуют удовлетворения, а в результате воздерживаются от любого серьёзного участия.

Империя хочет, чтобы люди думали, но так, как они запрограммированы. Она хочет, чтобы они анализировали, только используя её методы. И она хочет, чтобы люди избавились, отказались от естественных склонностей и эмоций.

Результат очевиден: гротескный индивидуализм и эгоцентризм, сбитое с толку, разрушенное общество, коллапс отношений между людьми и абсолютная злость в отношении высоких устремлений.

Это не только в отношении марксизма или революционных политических партий, мятежей или международной антиимпериалистической борьбы.

Вы заметили, какими неглубокими, какими нестабильными стали большей частью межличностные отношения на Западе? Никто не хочет действительно «быть вовлечённым». Люди проверяют друг друга. Они постоянно думают, но едва ли когда чувствуют. На сильную страсть смотрят сверху вниз (эмоциональные взрывы считаются «инцидентами», даже постыдными); теперь всё дело заключается в том, что кто-то «хорошо себя чувствует», всегда «спокоен», но, парадокс — на самом-то деле никто не чувствует себя действительно хорошо или спокойно на этом «новом Западе».

Конечно, всё видоизменилось в полную противоположность того, чем были истинная любовь или истинная революционная работа (или политическая, или артистическая), и — просто напомню вам — это было самой прекрасной, самой безумной неразберихой, полным уходом от мрачной нормальности.

На Западе почти никто больше не способен на великую поэзию. Нет захватывающих мелодий, не создается сильной лирики.

Жизнь «внезапно» стала поверхностной, предсказуемой и программируемой.

Без способности страстно любить, без способности отдавать, жертвовать всем, безо всяких условий нельзя стать великим революционером.

Конечно, на бесстрастном Западе, одержимом таким знанием, которое не даёт возможности просвещения, при прикладных науках и глубоко укоренившемся эгоцентризме, не осталось почвы для сильных страстей, а следовательно, и шансов для истинной революции.

«Я бунтарь: следовательно, мы существуем», заявлял Альбер Камю, и совершенно справедливо.

Коллективное бунтарство в итоге приводит к революции. Без революции или без постоянного к ней стремления нет жизни.

Запад утратил способность любить и бунтовать.

И потому-то с ним покончено!

* * *

Есть хорошее высказывание: «Умом Россию не понять, в Россию можно только верить». То же самое относится и к Китаю, Японии и ещё очень многим местам.

Приехать в Азию или в Россию и начать путешествие в попытки «понять» эти места — не что иное, как безумие. Это необъяснимо, и нет никаких шансов, что это можно будет сделать за несколько месяцев, даже лет.

Неврастенический и совершенно западный подход постоянно пытающегося «понять» всё своим умом может действительно необратимо всё разрушить прямо с самого начала. Лучший способ начать действительно понимать Азию — впитывать под ненавязчивым руководством других, видеть, чувствовать, отбрасывая все предварительные концепции и клише. Понимание не обязательно придёт логически. На самом деле, так почти никогда не бывает. Затрагиваются чувства и эмоции, и понимание обычно приходит совершенно неожиданно.

Революция, а в действительности самая священная и благородная борьба — они вызревают долгое время, и тоже приходят неожиданно, и прямо из глубины сердец.

Когда бы я ни приезжал в Нью-Йорк, а особенно в Лондон или Париж, и когда бы ни встречался с этими «теоретическими левыми», мне приходилось горько усмехаться, когда я следил за их бессмысленными, но длительными дискуссиями о какой-нибудь теории, совершенно оторванной от реальности. И всегда речь шла исключительно о них самих: троцкисты они или нет? Или, возможно, анархо-синдикалисты? Или маоисты? Где бы они не находились, они всегда начинают на кушетке или банкетке и там же и заканчивают поздним вечером.

В случае если вы только что приехали из Венесуэлы или Боливии, где большинство людей ведут истинную борьбу за выживание своих революций, это просто шокирует! Большинство их них в Альтиплано никогда не слыхивали о Льве Троцком или анархо-синдикализме. Что они знают — что идёт война, они сражаются за всех нас, за лучший мир, и им нужна срочная и конкретная поддержка в борьбе: петиции, демонстрации, деньги и кадры. А всё, что они получают — одни слова. Они ничего не получают от Запада — практически вообще ничего, и никогда не получат.

Да потому, что они недостаточно хороши для бриттов или французов. Они чересчур «настоящие», «недостаточно чистые». Они ошибаются. Они тоже люди, не стерильные, и не «хорошо воспитанные». Они «нарушают некоторые права то тут, то там». Они слишком эмоциональны. Они — то или сё, но определённо «нельзя их целиком и полностью поддерживать».

«С научной точки зрения» они неправы. Если кто-то проводит по десять часов в пабе или гостиной, обсуждая их, определённо появится достаточно аргументов, чтобы отказать им в поддержке. То же самое и в отношении революционеров и революционных перемен на Филиппинах и во многих других местах.

Запад не может «подключиться» к такому типу мышления. Он не видит абсурдности своего собственного поведения и отношения. Он утратил душу, утратил сердце, чувства — и справа, и слева. В обмен на что, на ум? Но и оттуда не появляется ничего существенного!

И вот потому-то с ним покончено!

Люди теперь не желают встать за что-то настоящее — за истинную революцию, движение, правительство, если это не похоже на пластиковых и ядовито-выглядящих женщин с обложек глянцевых журналов: идеальных для мужчин, утративших воображение и индивидуальность, но крайне скучных и масс-культовых для нас, остальных.


Андрэ Влчек
Источник: "ПолиСМИ"
Оригинал публикации: "The West is Finished, But Why? "


 Тематики 
  1. Общество и государство   (25)