В оглавление «Розы Мiра» Д.Л.Андреева
Το Ροδον του Κοσμου
Главная страница
Фонд
Кратко о религиозной и философской концепции
Основа: Труды Д.Андреева
Биографические материалы
Исследовательские и популярные работы
Вопросы/комментарии
Лента: Политика
Лента: Религия
Лента: Общество
Темы лент
Библиотека
Музыка
Видеоматериалы
Фото-галерея
Живопись
Ссылки

Лента: Общество

  << Пред   След >>

Великое Беспамятство ( Nation of Change, США)

Отказ США финансировать и поддерживать своё интеллектуальное и культурное наследие означает, что страна потеряла связь со своим прошлым, обесценила своё настоящее, лишилась способности трансформировать себя через рефлексию и самокритику, опустилась на дно мертвящего провинциализма. Невежество и неграмотность влекут горькие последствия. Обожествление технологии, гедонизма и власти не проходит даром. Примат эмоций и зрелищности над здравым смыслом опасен. Расплата ещё впереди.

Широкое наступление на искусство, на гуманитарные науки, журналистику и гражданское самосознание в основном завершено. Все дисциплины, которые когда-то помогали определить место нации в мировой истории, стали маргинальными. Театральное искусство, музыка, журналистика, философия, литература, изучение иностранных языков, религии и искусства низведены до минимума. Предрассудки оттеснили здравый смысл. Разграничение добра и зла во вселенском масштабе стало амбивалентным. Зато наша готовность полагаться на насилие в мировой политике, как и в бедных кварталах наших городов, не более проницательна, чем у слепого циклопа Полифема. Венчание невежества и силы всегда порождает избыток злодейств, которых сам преступник не замечает, принимая свою глупость и слепоту за невинность.

"Мы в опасности утраты памяти, и такое забвение, независимо от содержания того, что потеряно, будет означать, попросту говоря, что мы лишаем себя одного измерения, то есть глубины человеческого существовании," писала Ханна Арендт. «Память и глубина по существу равноценны, ибо глубина может быть постигнута только через память."

Те немногие смельчаки, кто не боится ставить смертельный диагноз нашей демократии, кто пишет о страданиях, которым подвергаются бедняки и рабочие во имя «оптимизации» доходов; кто осуждает преступления имперского мышления и кто называет вещи своими именами, такие люди вычеркнуты из общественного сознания.

Если же вы поддакиваете фикции демократического государства и его воображаемым "достоинствам", подтверждаете их право на бесконечные имперские войны, то вас ждут жирные гонорары, вам открыты синекуры, вам льстит тщеславие «говорящей головы» на телевидении, вы получаете контракты на книги, кино и видеозаписи, вам дают гранты и призы, и для вашего театрального проекта всегда находятся инвесторы — вы окутаны ореолом славы учёного мужа, человека искусства и интеллектуала. Псевдо-политики, псевдо-интеллектуалы и псевдо-артисты всегда знают, о чём публично сказать надо и о чём говорить нельзя.

Такие эстрадные юмористы, как Стивен Колберт, критикуют страну как бы под фанеру, не называя истинной причины общественного недуга. Правящая элита использует их как цирковых собак, чтобы дискредитировать и уничтожить подлинное инакомыслие. Джеймс Мэдисон предупреждал против скатывания к фарсу или трагедии, в которых мы сейчас погрязли.

"Бегство интеллигенции от политики само по себе является политическим актом", пишет социолог С. Райт Миллз. "В лучшем случае, бегство будет мнимым. Бегство от политики сегодня выдаёт только намерение; оно не может происходить на деле. Такое бегство неизбежно служит власть имущим, ибо отвлекает общественное внимание от них. Попытки обычно делаются из боязни или желания следовать моде, и только иногда искренне на волне успеха. Однако, независимо от мотивации, бегство от политики ведёт к подчинению власть имущим, ибо беглец даёт им право определять значимость своих трудов».

По мере роста пропасти между действительностью и тем, как её изображает корпоративное государство, идиотизм и лживость элиты и её прихвостней доходит до нелепости. Учреждения, созданные для воспитания граждан ради общего блага, подвергаются нападкам, их лишают источников существования и потому они анемичны. Преднамеренное оболванивание страны сопровождается закрытием мест для выражения инакомыслия.

Кандидата в президенты Дональда Трампа отличают хамство, самокрасование, тупость, расизм и элитарность. Но даже он не потянет на тщательно раскрашенную маску, за которой прячутся леденящие душу хитросплетения Хиллари Клинтон.

Именно она, заодно с нравственными банкротами либерального истеблишмента, создала благодатную почву для Трампа, навязав стране неолиберальный проект обираловки граждан ради доходов корпораций. Если её изберут в президенты, этот Трамп исчезнет, но придёт другой: из ядовитых паров нашей культурно-политической свалки воспарит ещё более страшный Трамп.

Трамп и Клинтон, заодно с их коллегой Берни Сандерсом, отказываются публично признать то, что они знают: Наши основные гражданские и политические права были отобраны у нас, и поэтому корпоративная олигархия останется у власти независимо от того, кто победит на президентских выборах. А сами выборы всего лишь акт политического Карнавала.

Нисходящая спираль потерянных рабочих мест, снижения доходов, усечения гражданских свобод и бесконечных войн не остановится до тех пор, пока мы не используем традиционные механизмы реформ, в том числе выборы, чтобы устранить угрозу нашему существованию.

Голос, отданный за Хилари Клинтон, по сути, является голосом за Трампа или ещё худшего кандидата. Правый популизм, как здесь, так и в Европе, это не выдумка одного или другого демагога. Нет, это результат бесправия, отчаяния и протеста, порождённых беззастенчивой глобализацией. И пока мы не вырвемся из-под власти корпоративного государства, старающейся контролировать нашу судьбу, такие демагоги, как Трамп и его отвратительные двойники в Европе, будет расти как грибы.

Институты, которые стимулируют здравые суждения, знания, самокритику и вечные ценности, лежат в руинах. Общественное радио и Общественное телевидение, созданные в своё время, чтобы дать гласность тем, кто не служит элитам, теперь стали рупором привилегенции и власть имущих. Искусство, как и общественное вещание, ставшее через попустительство правительства жертвой массовых сокращений, упало до наименьшего общего знаменателя.

Симфонические оркестры и библиотеками закрываются. Музыка и искусство исключены из школьных программ. Театр, как и кинематограф, монополизирован корпорациями, такими, как Дисней (Disney). Зрители на Бродвее и в кинотеатрах платят непомерные цены за участие в сеансе эскапизма, погружаясь при этом в самообман американского всесилия и нарциссизма.

А ведь всего несколько десятилетий назад дела и мысли интеллигенции и художников много значили. Писатели и такие социальные критики, как Миллс, Дуайт Макдональд, Джеймс Болдуин, Мартин Лютер Кинга, Малкольм Икс, Ноам Хомский, Сьюзан Зонтаг, Мэри Маккарти, Ральф Надер, Говард Зинн и Джейн Джекобс пользовались вниманием широкой аудитории.

Уильям Фолкнер, Ф. Скотт Фицджеральд, Ричард Райт, Ральф Эллисон, Фланнери О'Коннор, Гор Видал, Тони Моррисон, Кен Кизи, Рассел Банки и Норман Мейлер, наряду с такими драматургами, как Юджин О'Нил, Артур Миллер, Лоррейн Хэнсберри, Теннесси Уильямс, Август Уилсон, Дэвид Мамет, Нтозаке Шанге (Ntozake Shange), Сэм Шепард, Марша Норман, Эдвард Олби и Тони Кушнер, давали стране возможность посмотреть на себя в зеркало. И не всем это отражение нравилось. Орсон Уэллс и Стэнли Кубрик в кинематографе, Аллен Гинзберг и Амири Барака в поэзии, Боб Дилан, Кертис Мэйфилд, Брюс Спрингстин и Патти Смит в музыке сотрясали общественную, культурную и политическую сцену.

Эти люди искусства и интеллектуалы не шли за стадом, но были известны всей стране. Они влияли на наши взгляды. Их принимали всерьёз. Они вызвали серьёзные дебаты, и элиты пытались, иногда успешно, цензурировать их. Это не значит, что сейчас нет независимых, блестящих и творческих личностей. Но проблема в том, что за исключением таких, как Тупак Шакур и Лупе Фиаско (Lupe Fiasco), на них наложено табу. Наши творческие нивы для художественного, культурного и интеллектуального развития превратились в пустыню коммерциализации.

Я сомневаюсь, что молодой Брюс Спрингстин или молодая Патти Смит, или молодой Хомский, смогли бы сегодня прорваться на рынок корпоративной музыки и в аудиторию университета. Ибо такие люди обладают редким качеством никогда не забывать о тяжёлой судьбе униженных, работяг и бедняков. Они не боятся сказать правду о нынешнем состоянии нашей нации. Увы, объём продаж, маркетинг и брэндинг вытеснили смысловое содержание даже в академических кругах.

T.С. Элиот, семьдесят лет назад, предупредил нас не делать того, во что мы сейчас погрязли. В лекции "Что такое классика?" которую о прочитал в Обществе памяти Вергилия в 1944 году, он сказал, что цивилизация, которая игнорирует своих творцов и не уважает своих интеллектуальных традиций, не защищает и не лелеет своё художественное и интеллектуальное наследство, близится к самоубийству.

"В наш век”, сетовал Элиот, "люди больше, чем когда-либо, склонны путать мудрость со знанием, а знание с информацией, и попытаются решить жизненные проблемы через инженерию. Возникает новый вид провинциальности, не в пространстве, а во времени; история – это всего лишь хроника человеческих изобретений, которые, отслужив свой черёд, отправляются на свалку».

«Для этих провинциалов мир является собственностью исключительно живущего поколения, недвижимостью, в которой умершие не имеют ни малейшей доли. Угроза такого рода провинциального мышления в том, что все народы земного шара могут почувствовать себя провинциалами. Но те люди, которые не довольствуются участью провинциалов, обречены стать отшельниками ".

Слышим ли мы предупреждение Элиота?

Крис Хеджес (Chris Hedges)
Источник: "Переводика"
Оригинал публикации: "The Great Forgetting "


 Тематики 
  1. Общество и государство   (41)
  2. США   (942)