В оглавление «Розы Мiра» Д.Л.Андреева
Το Ροδον του Κοσμου
Главная страница
Фонд
Кратко о религиозной и философской концепции
Основа: Труды Д.Андреева
Биографические материалы
Исследовательские и популярные работы
Вопросы/комментарии
Лента: Политика
Лента: Религия
Лента: Общество
Темы лент
Библиотека
Музыка
Видеоматериалы
Фото-галерея
Живопись
Ссылки

Лента: Религия

  << Пред   След >>

Вторжение

"Шоковое решение Константинопольского патриархата основано на лжи и произволе"

Поразительные решения синода Константинопольского патриархата о снятии анафем с раскольников, не им наложенных, об отмене своих же решений трехсотлетней давности взорвало все устои православного мира и целится в сам этот мир. Основания этого решения для "РГ" разбирает глава церковно-научного центра "Православная энциклопедия", кандидат философских наук Сергей Кравец.


Константинополь взорвал православный мир, приняв на своем синоде решение отменить совершенную 300 лет назад передачу Украинской православной церкви Московскому патриархату. На чем основано это решение?

– Это решение основано на крайне недобросовестном и тенденциозном историческом исследовании, поразившем всех российских светских историков, которых мы привлекли к этой теме. Они были уверены, что такие безобразия в историческом анализе – вырвать кусочек информации вне контекста, проигнорировав все остальные свидетельства, и проинтерпретировать их так, как хочется – уже просто не встречаются, не существуют.

Мы в церковно-научном центре "Православная энциклопедия", ознакомившись с документами, в особенности с документом "Вселенский престол и Украинская церковь: говорят тексты", честно говоря, были просто шокированы.

Сейчас мы готовим к публикации более сотни документов, в основном недавно выявленных в архивах и не публиковавшихся ранее.

Эта работа ведется под руководством члена-корреспондента РАН, очень известного историка Бориса Николаевича Флори, который как раз занимается историей Украины, Речи Посполитой и Восточной Европы. Под его началом работают специалисты по русско-греческим и русско-турецким отношениям, по Речи Посполитой, и это все известные исследователи.

Задача перед ними поставлена сугубо академическая – выявить максимальный корпус документов, относящихся к этому событию, и подробно рассказать в исторической статье, как разворачивались события.

После столь кропотливого исследования картина в глазах любого человека, кто ознакомится с документами, будет абсолютно однозначной. Русская православная церковь и русское правительство никоим образом не планировали и не желали, как это мнится константинопольским исследователям, осуществить экспансию и захватить чужую территорию.

- Что же инициировало переход Киевской митрополии под начало Москвы?

– Начиная с середины XVII века и особенно в 70-е годы на территории Речи Посполитой постоянно ухудшалось положение православных подданных. В 1674 году был принят план новой унии, при реализации которого появились специальные законы, запрещающие украинским православным какое-либо общение с восточными патриархами – под угрозой смертной казни и полной конфискации имущества.

С Украины в Москву – от духовенства, гетмана, православной шляхты – постоянно шли просьбы о помощи. Сначала Россия пыталась действовать дипломатическими путями – на переговорах с польским правительством, потому что ни для кого не было секретом, что вытесняющий православие план "новой унии" со стороны Римско-католической церкви осуществлялся как правительственная программа. Наши послы и дипломаты на всех переговорах начиная с 1672 года постоянно ставили вопрос о защите прав православных подданных Речи Посполитой. И им из раза в раз отвечали: не ваше дело.

Дело дошло до того, что к 1675 году на территории Речи Посполитой – это правобережная Украина – не осталось ни одного православного епископа. Последний державшийся дольше всех епископ Луцкий Гедеон бежал на левобережье под угрозой явной и неминуемой физической расправы, причем со стороны правительства. Ему грозили тюрьмой и не только, причем угрозы содержались в письмах короля. Униатский план предполагал это: нет епископов – нет новых поставлений священников и диаконов, нет поставлений, нельзя крестить, венчать, отпевать. А если учесть, что загсов тогда не было и венчание в церкви являлось единственным юридическим основанием для существования семьи, а запись о крещении главным документом ребенка... Весь расчет был на то, что люди пойдут к униатам. Дело уже и доходило до того, что из Украины люди тайно переходили в наши западные епархии – Псковскую, Смоленскую, чтобы получить там рукоположение в священники. Это была проблема: епископы писали письма в Москву: что нам делать, как мы можем рукополагать священников в чужую епархию? А на обратной дороге делающих рукоположения еще и ловили на границе, это был полный кошмар.

Константинополь причисленным к нему украинским православным ничем помочь не мог.

Именно поэтому русское правительство и приняло решение о том, чтобы рукоположить в Москве епископа Гедеона. Он не был кандидатурой Москвы. Москва хотела другого. Но это была кандидатура украинского гетмана и поддержавшего его духовенства. Москва согласилась с пятью требованиями Киевского духовенства. Епископу Гедеону была дана царская грамота с подтверждением его привилегий. Это были привилегии по самоуправлению, по книгам, по привычной обрядовой практике. Единственное, с чем Москва не согласилась, – с сохранением за митрополитом звания экзарха Константинополя. Сказав, что неприлично поставленного Патриархом Московским митрополита называть экзархом Константинопольским. Но и Киевское духовенство выдвигало эти требования, опасаясь не столько за каноничность, сколько за ситуацию на правобережной Украине – не воспользуется ли польское правительство переходом митрополии из Константинополя в Москву для того, чтобы еще раз учинить гонения и еще что-нибудь запретить.

Украинцы адресовали Москве и требование согласовать этот вопрос с Константинополем.

Мы очень подробно, буквально по дням, восстанавливаем и описываем работу Московского посольства. В архивах сохранился полный статейный список отчетов послов – Никиты Алексеева из Москвы и Ивана Лисицы от украинского гетмана.

По их письмам и многостраничным отчетам виден каждый их день. Причем отчет полностью соответствует письмам, не только их собственным, но и Константинопольского патриарха Дионисия, и Иерусалимского патриарха Досифея.

Обвинения в том, что переход Киевской митрополии в Москву произошел под давлением османских властей, абсолютно не соответствуют действительности.

В результате своей миссии посланники русского государя и украинского гетмана привезли одиннадцать грамот Константинопольского патриарха Дионисия. Девять грамот – царям Петру, Иоанну и их сестре Совье, Патриарху Московскому Иоакиму и гетману Ивану Самойловичу – были про то, что от сего дня и на будущее – митрополиты Киевские поставляются в Москве патриархами Московскими, а Московский патриарх полностью управляет Киевской кафедрой. Киевские же митрополиты слушаются его, как отца. А он кроме митрополитов может поставлять и других епископов. По всем признакам это передача митрополии в состав другой церкви. Важно, что была очень четко сформулирована передача Киевской метрополии в состав РПЦ, ее подчинение Патриарху Иоакиму, благословения уже произведенного в Москве поставления митрополита Гедеона и всех будущих митрополитов Киевский патриархами Московскими. Никаких претензий к этой передаче не было в течение 300 лет.

Важно вспомнить, что миссия переговоров с Константинополем была практически синхронизирована с переговорами в Москве о "вечном мире" с польской делегацией. Получая в свой состав Киевскую митрополию, включающую и правобережную Украину, находящуюся на территории Речи Посполитой, Москва вводила в договор с поляками специальную статью о защите православных. И наши послы, приезжая в Речь Посполитую на переговоры, раздавали ее "в списках" православным, чтобы у них была возможность апеллировать к ней как к межгосударственному договору по защите своих религиозных прав.

Отцы Константинопольского собора, дававшие нам грамоту 1686 года, очень хорошо осознавали, зачем они это делают. В ней есть такие слова: мы отдаем вам эту епархию, потому что не хотим на Страшном суде отвечать за души загубленных христиан, которых увели в унию. Так что говорить о неканоничности этого акта сегодня просто непристойно.

- Почему имея столь исчерпывающие документы, Русская церковь и Константинополь не вышли на прямую научную дискуссию?

– Патриарх Кирилл, встречаясь на Фанаре с патриархом Варфоломеем, прямо предложил ее, сказав, что у нас выявлено огромное количество архивных текстов, мы все готовы передать вам, пусть ваши ученые поработают с ними и вместе с нашими выяснят истину.

- А Константинополь?

– ...Оказался не готов к такой дискуссии. Не проявляет никакого желания.

- Что вас как ученого больше всего удивляет в действиях патриарха Варфоломея?

– Я поражен его дерзкостью. Это очень дерзкие решения, которые не могут не шокировать все остальные православные церкви. Это что, он завтра признает любую группу раскольников любой стране?

- Православная Украина не может быть потеряна в одночасье. Самая большая православная Церковь в ней связана с Московским патриархатом.

– Скорее всего нас ждет очень драматичный сценарий. Хорошо говорить из Москвы: вы там держитесь, стойте до конца. А когда у священника пятеро детей по лавкам, храм отобрали, а на приходское собрание оказывают воздействие местные власти... Мы все это проходили с советской властью. А если это будет советский сценарий, дубль 2?

- Скоро встанет вопрос о главных святынях?

– И о святых. У нас же один и тот же сонм святых. И вот для современной православной украинской женщины святая Ксения Петербуржская и Матрона Московская, дивеевские святые станут святыми другой Церкви? И она начнет молиться какой-нибудь Олимпиаде Константинопольской? И Серафим Саровский им завтра уже чужой святой? Это невероятное нарушение сакрального сознания людей. Невероятно грубое вторжение в него.


Елена ЯКОВЛЕВА
Источник: "Российская газета "


 Тематики 
  1. Православие   (691)