В оглавление «Розы Мiра» Д.Л.Андреева
Το Ροδον του Κοσμου
Главная страница
Фонд
Кратко о религиозной и философской концепции
Основа: Труды Д.Андреева
Биографические материалы
Исследовательские и популярные работы
Вопросы/комментарии
Лента: Политика
Лента: Религия
Лента: Общество
Темы лент
Библиотека
Музыка
Видеоматериалы
Фото-галерея
Живопись
Ссылки

Лента: Религия

  << Пред   След >>

Десятки тысяч рабов или один обманщик?

Лента.ру разместила"красочно оформленный материал “Рабы Божии” с подзаголовком “Православная Церковь растит детей в неволе и истязает средневековыми пытками”.

Если отвлечься от всего хоррора и саспенса, которым автор желает поразить нервы читателя – черепов в клобуках и прочего украшательства в красно-черных тонах, и как-то выделить тезисы, которые выдвигаются в статье, то они выглядят примерно так:

РПЦ (именно в целом, как организация) “подвергает средневековым пыткам” и вынуждает к рабскому труду детей, причем численность этих рабов “может достигать десятков тысяч”.

РПЦ при этом зарабатывает “колоссальные деньги”.

Эта деятельность пользуется поддержкой как верхушки церковной иерархии, так и государства, попытки расследования подавляются.

Тут, конечно, невозможно не вспомнить популярный атеистический лозунг – “экстраординарные утверждения требуют экстраординарных подтверждений”. Если бы речь шла о том, что в таком-то монастыре происходят такие-то преступления, я, со стороны глядя, мог бы сказать, что я просто не знаю. Я там не был, я не общался с людьми, я не обладаю навыками и полномочиями для производства расследования – пусть этим занимаются профессионалы. Я не настолько гениальный сыщик, чтобы расследовать сообщения о преступлениях по сети. Но само сообщение о том, что в таком-то монастыре имеют место такие-то безобразия, я не нахожу заранее невероятным. Всякое бывает на белом свете. Пусть, кому положено, расследуют.

Но когда мне приходится иметь дело с заявлениями таких масштабов – десятки тысяч малолетних рабов РПЦ, которые при этом еще подвергаются пыткам, а государство это все покрывает – я вправе ожидать экстраординарных подтверждений таким экстраординарным заявлениям.

Что выдвигается в качестве подтверждения? Два случая. Первый – убийство девочки в Мосейцево внутри некой православной группы, от которой епархия немедленно отмежевалась и которая на взгляд православных является сектой.

Логическое построение “в религиозной группе, которую православные считают сектой, произошло преступление, следовательно, РПЦ держит десятки тысяч детей-рабов”, кажется мне, мягко говоря, неосновательным. Одно не следует из другого. Второй случай – Свято-Боголюбский женский монастырь, из которого убежали две девочки, потом, как утверждается, еще группа, которые обвинили монастырь в плохом обращении. Было возбуждено уголовное дело, которое потом закрыли за отсутствием состава преступления.

По утверждению автора статьи, “На следователя и руководство следственного управления оказывалось очень серьезное давление. – рассказывает бывший сотрудник прокуратуры Владимирской области – Были и обращения воцерковленной общественности, и личные аудиенции у князей Церкви, и намеки со стороны светских властей, и даже шантаж – обещание задержать выделение квартир следователям. Было много подходов к сотрудникам СКП (Следственный комитет при прокуратуре – так тогда назывался СК). Были звонки из Москвы”.

Что же, это серьезное утверждение о серьезном преступлении – давлении на следствие, воспрепятствовании осуществления правосудия. Более того, это серьезное обвинение в адрес сотрудников СКП – которые, как утверждается, поддались этому давлению и пренебрегли своим служебным долгом и законом.

На каком основании это утверждение делается? На основании свидетельства некоего неназванного по имени “бывшего сотрудника Владимирской прокуратуры”. Когда я, в эфире радио “говорит Москва” беседуя с главным редактором “Ленты.ру” Владимиром Тодоровым, настоятельно требовал назвать имя этого человека, он наотрез отказался, сказав, что это поставит информатора под угрозу.

Довольно странное обоснование – людей, которые работали в прокуратуре по этому делу, наверняка не так много, найти, кто бы это мог быть – имея тот дополнительный маркер, что он уже не работает – было бы в любом случае совсем не сложно.

Но дело не в этом. Чем, с точки зрения внешнего наблюдателя, информатор, которого вы не можете назвать, отличается от информатора, которого вы выдумали, не вставая с кресла?

Если я, например, говорю “сотрудник американского посольства Джон Смит сообщил мне, что Лента.ру – это проект ЦРУ, вот его слова, запись готов предъявить по первому требованию” – это журналистское расследование. Вы можете попытаться выяснить, есть ли вообще в американском посольстве сотрудник Джон Смит. Вы можете связаться с ним и попросить подтверждения. Если он станет отрицать, что говорил что-либо подобное, вы можете потребовать у меня запись.

Если я просто заявляю, что Лента – это, как мне точно известно, проект ЦРУ, о чем мне лично сообщил знакомый сотрудник американского посольства, это уже не будет журналистским – и каким-либо – расследованием. Ссылка на анонима оставляет утверждение моим и только моим. Если вы потребуете у меня имя этого таинственного сотрудника посольства – а я вам с загадочным видом сообщу, что не могу выдавать своих информаторов, вас это вряд ли убедит. Сеть полна блогеров, которые ссылаются на хорошо информированных агентов ЦРУ, ФСБ, прокуратуры, СВР, и чего угодно ещё, которые в минуту откровенности выбалтывают им государственные тайны различных держав – а потом блогеры пересказывают их всему фейсбуку.

Но автор пишет не только о том, что власти покрывают преступления такого рода, но и том, что эти преступления имеют невообразимые масштабы: “Но стоит задуматься – если в одном только Свято-Боголюбском Монастыре удалось найти 47 детей без документов, получается интересная цифра: в 2008 году в России было 900 монастырей, а в конце 2017 года – 1010. Это значит, что число таких детей может достигать десятков тысяч”.

Логика, согласно которой, например, “белоленточник Кабанов зарезал свою жену, следовательно, приблизительное число женщин, зарезанных белоленточниками, мы легко получим, умножив число женщин, зарезанных Кабановым (одну) на число белоленточников” сама по себе не всем кажется убедительной. Точно также довольно странно умножать число детей без документов в боголюбском монастыре на число монастырей РПЦ.

Но обратим внимание на поведение властей, которые, как утверждается, покрывают весь этот грандиозный ужас.

Вот есть дело гораздо менее грандиозное, не с десятками тысяч, а всего с несколькими пострадавшими. Популярного священника Глеба Грозовского обвинили в действиях сексуального характера в отношении несовершеннолетних. Мы сейчас не будем останавливаться на горячо обсуждаемом вопросе, виновен ли он на самом деле. Многие православные люди считают, что он стал жертвой клеветы, но, так или иначе, он был осужден и приговорен к 14 годам тюрьмы.

И где же в этом случае “очень серьезное давление”? Где “князья Церкви”? Где “телефонные звонки из Москвы”? Случай Грозовского – наиболее известный, но не единственный. Когда священник совершает уголовное преступление, он просто попадает в тюрьму – как и любой другой гражданин.

Каждый такой случай – возмутителен и прискорбен, но он демонстрирует, что государство вовсе не склонно покрывать виновных клириков, а Церковь не может – или даже не пытается – спасти их от кары закона. И на этом фоне нам предлагается поверить, что это же самое государство покрывает систему истязаний и рабского труда с десятками тысяч жертв – потому что эту систему содержит Церковь.

Заявления такого рода звучали бы крайне странно даже от людей с безупречной репутацией – чего никак нельзя сказать о ленте.ру.

Эта газета далеко не первый раз касается религиозной темы – относительно недавно эта газета распространила сообщение под заголовком «Воспитали блудницу, блуд ее и сгубил». (Сохранилась в Рамблере, на самой ленте в сильно отредактированном виде)

В первоначальной версии сообщалось, что эти слова произнес “один из благочинных РПЦ”. Новость вызвала массу перепостов с проклятиями в адрес бессердечного фанатика, который оскорбил убитых горем родителей, и подняла немалую волну ненависти в адрес Церкви. Потом, правда, некоторым людям пришло в голову поинтересоваться именем этого недостойного служителя – в самом деле, пускай ему епископ объяснит, что нельзя себя так вести.

И оказалось, что этого бессердечного благочинного просто никогда не существовало на самом деле. “Лента” просто тиражировала ложь, провоцирующую ненависть.

Это говорит нам и о ярко выраженных идеологических предпочтениях издания – и о его уровне журналистской этики.

Несомненно, что мы нуждаемся в честной расследовательской журналистике. Если где-то – включая церкви или монастыри – совершаются преступления, люди, которые помогут их разоблачить и пресечь, будут заслуживать нашей благодарности. Но к Ленте.ру это не относится. Это не честная, и не расследовательская, и не журналистика.


СЕРГЕЙ ЛЬВОВИЧ ХУДИЕВ
Источник: "Радонеж"


 Тематики 
  1. Этика   (129)