В оглавление «Розы Мiра» Д.Л.Андреева
Το Ροδον του Κοσμου
Главная страница
Фонд
Кратко о религиозной и философской концепции
Основа: Труды Д.Андреева
Биографические материалы
Исследовательские и популярные работы
Вопросы/комментарии
Лента: Политика
Лента: Религия
Лента: Общество
Темы лент
Библиотека
Музыка
Видеоматериалы
Фото-галерея
Живопись
Ссылки

Лента: Вопросы и комментарии

  << Пред   След >>

Политологическая система Максима Калашникова

Как можно оценить творчество и деятельность Максима Калашникова (В.Кучеренко)? Какие инспирации могут за ним стоять, если таковые есть?


Ответ

Деятельность Максима Калашникова можно оценить скорее отрицательно, чем положительно. Прежде всего, плохо то, что его политологические схемы далёки от адекватности и содержат серьёзные элементы неадекватности.

Взять хотя бы нелепое восприятие произведений Толкиена, которому он приписал ненависть к России, усмотрел соответствующие "параллели" в его книгах и изъявил готовность назваться "орком". Такое специфическое восприятие легко опровергается при более подробном знакомстве со взглядами Толкиена, который после войны в письмах отрицательно высказывался об американcком космополитизме, вообще ко всему американскому культурологически весьма настороженно относился, и с орками никакие народы не отождествлял (более того, орки, согласно "Сильмариллиону" происходят не от людей, а от эльфов, оказавшихся во власти владыки зла).

Также Максим Калашников не проявляет обладания достаточными знаниями хотя бы в области политической истории. Например, можно встретить такие утверждения:


"Стоит отметить, что не далее как в 1940 году два претендента на мировое господство – Адольф Гитлер и Иосиф Сталин – заключили недвусмысленное соглашение (во время секретных переговоров в ноябре 1940 г.) о том, что Америка должна быть удалена из Евразии. Каждый из них сознавал, что инъекция американского могущества в Евразию положила бы конец их амбициям в отношении мирового господства. Каждый из них разделял точку зрения, что Евразия является центром мира и тот, кто контролирует Евразию, осуществляет контроль над всем миром. Полвека спустя вопрос был сформулирован по-другому: продлится ли американское преобладание в Евразии, и в каких целях оно может быть использовано?" (Калашников М. Гнев Орка)


Надо ли говорить, что в 1940 году вопрос об "удалении" Америки из Евразии (скорее, из Океании) мог стоять разве что перед Японией, и что в материковой Евразии присутствовала не Америка, но Англия с Францией. Америка тогда ещё не была лидером Запада, международная роль Англии была куда выше, чем Америки. Дилетантские (никакими документами, разумеется, не подкреплённые) заявления о договорённостях Гитлера и Сталина неправомерно переносят реалии нашего времени на качественно иную историческую эпоху.

Вообще же, работы Максима Калашникова производят двойственное впечатление. Да, он занимает во многом правильную позицию, выступая против западной экспансии в мире и сопутствующего морального разложения общества, критикует нынешнюю власть за неправильный, ложный курс. Но его собственная позиция отнюдь не характеризуется приверженностью высоким этическим идеалам, и всему что из них следует. Духовно-культурная и духовно-религиозная тематики и вовсе находятся за пределами его сферы восприятия.

Неудивительно, что из такого состояния, явно сопровождаемого сильными негативными эмоциями, борьбу против шествия нового зла в мире предлагается вести методами, в которых также заложен собственный потенциал зла. Отрицание Калашниковым демократии выражает самый примитивный ход мысли "от противного". Отрицать надо не демократию, а неолиберальные свободы "проповеди" аморализма, поскольку именно этот фактор, а не демократия как таковая, ответствен за недостойный облик современного Запада. Противостоять западной идеологии, отрицая демократию – значит давать этой апологетам неолиберализма большой козырь. Точно так же, как социалистические идеи надо отделять от "тоталитарного" элемента, демократические идеи надо отделять от "неолиберального". А неразборчивое отрицание "по совокупности", включая и важнейшую, этически значимую, основу и в том, и в другом – путь тупиковый, порождающий противостояние омрачённых идейных систем.

Максим Калашников, как и другие подобные ему политические мыслители, не в состоянии сформулировать собственную, общезначимую для всего человечества идею, противостоящую западному неолиберализму. Потому его позиция сводится к отрицанию демократии, надеждам на авторитарные методы и какие-то технологические новации (причём, он явно не понимает, что, например, технологическое лидерство Америки обусловлено совершенно запредельным фактором – инспирации из шрастра – которые воспроизвести человеческими силами просто невозможно).

Понятно, что в его технократично-антидемократической политической позиции нет ничего оригинального, дать людям новые идеалы она не способна, и эффективно противостоять "идеалам" неолиберализма не может ни при каких условиях. Те или иные отдельные технократические идеи Калашникова, если допустить, что в них есть какой-то практический смысл, использованы могут быть и в рамках неолиберальной системы.

Что касается каких-то потусторонних инспираций в его публицистической деятельности, то нет достаточных оснований о говорить об инфернальных инспирациях. А провиденциальность и вовсе невозможно усматривать, учитывая декларируемую приверженность автором к технократии (ненужный акцент на которой наносит вред духовному началу в человеке и в обществе) и отсутствие минимальных проблесков мышления категориями этического и духовного состояния общества.

 Тематики 
  1. Различные системы идей   (60)