В оглавление «Розы Мiра» Д.Л.Андреева
Το Ροδον του Κοσμου
Главная страница
Фонд
Кратко о религиозной и философской концепции
Основа: Труды Д.Андреева
Биографические материалы
Исследовательские и популярные работы
Вопросы/комментарии
Лента: Политика
Лента: Религия
Лента: Общество
Темы лент
Библиотека
Музыка
Видеоматериалы
Фото-галерея
Живопись
Ссылки

Лента: Политика

  << Пред   След >>

Вопрос о судьбе Сирии решится в течение дней или часов

Рано утром 22 мая фронтовые сводки показали нечто необычное: за истекшие 24 часа в Сирии не было зафиксировано ни одного боестолкновения, обстрела, подрыва, теракта. Возможно, впервые с начала войны — вооруженного выступления «Братьев-мусульман» в Дераа 18 марта 2011 года. По иронии судьбы здесь же, в Дераа, война может закончиться. Или, наоборот, перейти в иное, гораздо более опасное для всего мира качество.

В начале мая прошлого года в Астане Иран, Россия и Турция, выступившие в качестве гарантов режима прекращения огня, подписали Меморандум о создании зон деэскалации в Сирии. Документ предусматривал создание четырех зон, с севера на юг: «Идлиб» (или № 1 — провинция Идлиб и часть провинций Алеппо, Латакия, Хама), «Растан» (№ 2 — анклав в пограничье провинций Хама и Хомс), «Восточная Гута» (№ 3 — восточные пригороды и города-спутники Дамаска), «Дераа» (№ 4 — большая часть провинции Дераа, часть провинций Кунейтра и Сувейда). К обеспечению безопасности в Дераа в июле того же года подключилась и соседняя Иордания.

За три месяца, начиная с конца февраля, Сирийская Арабская Армия (САА) выбила боевиков из Восточной Гуты (только эта операция заняла почти два месяца) и Растана, а также очистила не имевшие статуса зон деэскалации: район «Восточный Каламун» (к северо-востоку от Дамаска) и «Ярмук», бывший лагерь палестинских беженцев в южном пригороде Дамаска. Последний контролировался ИГИЛ («Исламское государство», ИГ, террористическая группировка, запрещена в РФ). Если «умеренные» из соседних с Ярмуком кварталов относительно быстро приняли «предложение» о переезде в Идлиб и подконтрольный Турции Джерабулус на севере провинции Алеппо, то игиловцы согласились на эвакуацию в пустыню Бадия к юго-западу от Дейр-эз-Зора только после того, как «котел» сократился менее чем до километра в поперечнике и на некоторых улицах прошивался стрелковым огнем насквозь.

Желание командования САА сохранить жизни своих солдат понятно. Как и вероятный расчет на то, что в пустыне игиловцев будет легче достать впоследствии. Но в ночь на 23 мая, менее чем через сутки после эвакуации игиловцев, т. е. их прибытия в пустыню Бадия, к югу от Дейр-эз-Зора была атакована батарея САА в результате чего погибли сирийские и российские военные. Одновременно были атакованы казармы сирийской армии в городе Меядин к юго-востоку от Дейр-эз-Зора. Последнее обстоятельство — атака в городских условиях — как и стремительность атаки на батарею свидетельствует о том, что операция готовилась тщательно и не одни сутки. Вооружение и экипировка нападавших и десятки задействованных «джихад-мобилей» также свидетельствуют о том, что даже если эвакуированные автобусами из Ярмука игиловцы и приняли участие в атаках, то в качестве дополнительной людской силы. Разрозненные и малочисленные группировки ИГИЛ в пустыне просто не имели материальной базы для сложной операции. Нападение подготовил кто-то третий. Причем, не слишком скрывая авторство. Это называется «сигналом» или «предупреждением».

Совсем недалеко (пара часов на пикапе по знакомой пустыне) от условной границы района ИГИЛ в Бадие начинается условная граница «зоны безопасности» вокруг базы США Ат-Танф на территории Сирии у стыка с границами Ирака и Иордании. Официальное объяснение присутствия здесь американских войск — «охрана» лагеря беженцев, на деле давно превращенного в лагерь подготовки боевиков «умеренной оппозиции». Как утверждают сирийские источники, ворота лагеря широко или даже в первую очередь открыты для боевиков ИГИЛ, для которых это единственный способ легализоваться и «реабилитироваться». Ат-Танф остался единственным районом, контролируемым «умеренной оппозицией» и не имеющим статуса зоны деэскалации (если не считать оккупированные Турцией в ходе операций «Щит Евфрата» и «Оливковая ветвь» районы Азаз-Джерабулус и курдский Африн). Эти районы сегодня де-факто слились с зоной Идлиб, также подконтрольной Анкаре, развернувшей здесь сеть «наблюдательных пунктов» турецкой армии. Сегодня Анкара жестко «строит» остатки пресловутой «Свободной сирийской армии» (ССА), создавая из них полностью подконтрольные соединения.

Обращает на себя внимание и дипломатическое прикрытие атак у Дейр-эз-Зора (или «разъяснение сигнала»): обвинения со стороны США в адрес Сирии и России в том, что они якобы «нарушили» соглашение о зонах деэскалации. А также то, что еще в ходе штурма Ярмука оппозиционные группировки развернули кампанию в соцсетях с «информацией» о перемещении подразделений сирийской армии в сторону Дераа. Сообщения выдавались без конкретной привязки к местности, что позволило бы их проверить. В то время, когда имели место только тактические перемещения САА к югу от Ярмука.

Соглашение о четырех зонах деэскалации подписывалось в мае 2017 года сроком на шесть месяцев «с автоматическим продлением на основе консенсуса стран-гарантов», но было нарушено почти сразу: на востоке страны развернулась решающая битва против ИГИЛ, и боевики из «зон деэскалации» использовали переброску правительственных сил на Евфрат для «улучшения позиций». Так, в зоне № 4 был захвачен ряд деревень в провинции Сувейда и в коридоре правительственных сил к подконтрольной им северной части города Дераа, столицы провинции.

Кроме того, «умеренные группировки» и не подумали выполнять наиболее подробно прописанные обязательства стран-гарантов (а значит и тех, на кого гарантии распространялись) по борьбе с ИГИЛ и «Джебхат ан-Нусрой». Гаранты создания зон деэскалации принципиально не стали учитывать все прошлые и потенциальные переименования-реинкарнации террористов и подчеркнули, что законными целями являются «все другие лица, группы, предприятия и организации, связанные с „Аль-Каидой“ или ИГИЛ, и прочие террористические группы, которые признал таковыми Совет Безопасности Организации Объединенных Наций как внутри, так и за пределами зон деэскалации».

В тылу той же зоны деэскалации № 4 «Дераа» уютно себя чувствует группировка ИГИЛ «Джейш Халид ибн аль-Валид» — последний анклав «Исламского государства» на западе Сирии. Пикантность ситуации состоит в том, что территория, подконтрольная группировке, помимо зоны деэскалации граничит только с Иорданией и Израилем. Она не только исправно снабжается всем необходимым. Уже не раз проходила информация о том, что в госпиталях Израиля лечатся как боевики «умеренной оппозиции», так и ИГИЛ. Редкие сообщения о столкновениях в Дераа игиловцев и «умеренных», как правило, недостоверны, а еще более редкие репортажи «с мест боев» имеют признаки «страйкбола» (постановочного боя на военном жаргоне).

Таким образом, обвинения в адрес Сирии и России в нарушении соглашения о зонах деэскалации довольно лицемерны.

Только 25 мая, через два дня после атаки в Дейр-эз-Зоре, приведшей к гибели сирийских и российских военных, появились первые подтвержденные сообщения о переброске подразделений сирийской армии в направлении Дераа. Говорится об элитных подразделениях САА, Республиканской гвардии и вооружениях, способных взломать фортификационные сооружения противника. Мы не утверждаем, что «Сирия и Россия приняли вызов» и решение о штурме зоны деэскалации № 4 было принято только теперь. Только указываем на хронологию событий.

В тот же день представитель Госдепа Хезер Науэрт заявила о «приближающейся операции режима Асада на юго-западе Сирии в границах зоны деэскалации, о которой договорились США, Иордания и Российская Федерация в прошлом году». США впервые официально предупредили правительство Сирии о том, что «примут решительные необходимые меры в ответ на нарушения и действия, которые ставят под угрозу перемирие».

Беспокойство США объяснимо. Ат-Танф, лежащий между Дераа и Дейр-эз-Зором, это «спящий плацдарм». В случае сухопутной атаки на Дамаск, наступление формально началось бы не с территории соседнего государства, а с территории самой Сирии: «внутренний конфликт и только». Этот «дамоклов меч» постоянно висел над сирийской армией в ходе операций в Восточной Гуте, Восточном Каламуне, а до этого в ходе операций на Евфрате.

Относительно разграничения территорий, контролируемых Дамаском и проамериканскими «Сирийскими демократическими силами» (СДС/SDF) по Евфрату, взаимопонимание в целом достигнуто. Некоторые проблемы связаны только с границами плацдармов обеих сторон.

Потеря же зоны № 4 в Дераа — это другое. Переход Дераа под контроль Дамаска выбьет последние оправдания существования незаконной базы США на сирийской территории к западу от Евфрата: «Все примирились или эвакуировались в Идлиб, что вы здесь делаете?».

И гораздо более важное: потеря зоны № 4 создаст в Сирии принципиально новую ситуацию. Женевский формат переговоров Дамаска и «вооруженной умеренной оппозиции» будет похоронен. Единственная оставшаяся зона деэскалации № 1 на северо-западе Сирии, формально принадлежащая «Свободной сирийской армии», как было сказано выше, полностью контролируется Турцией. Но Анкара превосходно чувствует себя в рамках Астанинского формата и «простого трехстороннего» — Москва, Анкара, Тегеран. Они (и, конечно, Дамаск) и будут решать судьбу Сирии к западу от Евфрата. При этом «поддавливая» восточный берег, поскольку существование этого «американского клина» не устраивает ни одну из упомянутых столиц.

США вынуждены будут перейти к стратегической обороне, защите «остатков былого величия». Это не лучший фон для давления на Иран, не говоря о подготовке «большой войны». Фактически для США большая игра будет закончена. Впереди, очевидно, только годы противостояния средней жесткости с Дамаском, претензий, предложений переговоров «о политическом будущем Сирии», интеграции оппозиции в правительство страны, степени автономии курдов и т. п. Дамаск же будет чувствовать себя всё более уверенно, методично требуя одного: прекращения оккупации восточного берега Евфрата.

28 мая министр иностранных дел России Сергей Лавров в непривычно жесткой форме напомнил США о том, что они должны выполнить свои обещания и вывести свои войска из Ат-Танфа. И о том, что согласно договоренности о создании зоны деэскалации № 4, контроль границы Сирии с Израилем и Иорданией должен перейти к САА. Кстати, все кажущиеся «совпадения» с другим известным соглашением, по Донбассу, здесь случайны. Дамаск не обязывался до установления контроля границы провести выборы по формуле, согласованной с вооруженной оппозицией, внести изменения в конституцию, согласованные с оппозицией, предоставить зонам деэскалации высокую степень автономии. Давался срок на примирение. В остальном претензии к своим дипломатам, которые, видимо, надеялись, что Россию и Сирию удастся «дожать» потом. Или на то, что они сами «развалятся»?

Удивительно, но шаткость позиций США по Дераа первым осознал даже… Израиль. 28 мая саудовские и израильские СМИ сообщили, что в столице Иордании прошли переговоры между заместителем директора «Моссад» и послом Ирана в Аммане, естественно, непрямые. Оба находились в одном отеле в разных комнатах, между которыми «челночил» иорданский дипломат. Израиль якобы согласился на сирийскую операцию в Дераа при условии, что на эту территорию не войдут иранские добровольцы и отряды ливанского шиитского движения «Хизбалла».

29 мая в других источниках информация прозвучала в несколько ином виде: схожая договоренность достигнута между Израилем и Москвой. Вероятно, противоречия нет и в переговорах, вместе или порознь, участвовали все три стороны. Башар Асад, согласно данной информации, одобрил достигнутое соглашение.

31 мая в Москву для переговоров с министром обороны РФ Сергеем Шойгу прибывает его израильский коллега Авигдор Либерман. По заявлениям израильской стороны тема обсуждения — иранское присутствие в Сирии в целом. Россия, судя по всему, готова обсуждать, по крайней мере сейчас, только операцию в Дераа.

Естественно, в США прекрасно понимают намечающийся расклад. Вряд ли Иерусалим действует «сепаратно» от Вашингтона, поэтому происходящее может иметь два возможных объяснения. Первый: американцы действительно готовы отступить. Второй: Башара Асада вовлекают в ловушку.

В пользу первой версии говорит то, что широкомасштабное столкновение в Дераа Сирии, Ирана, США, Израиля, Иордании будет означать начало войны, к которой США пока не готовы ни в политическом, ни в военном отношении. В пользу второй — резкость заявления Госдепартамента относительно ситуации в Дераа, что не позволит США изобразить безучастность, как при разгроме зон деэскалации в Восточной Гуте и Растане. Еще один фактор в пользу второй версии — готовящегося удара США: по имеющимся данным, «Свободная сирийская армия» готовится не только к оборонительным, но и наступательным действиям, в частности, в упомянутом правительственном коридоре к столице провинции Дераа, который разрезает зону деэскалации почти до иорданской границы. Цель: захват всего города Дераа и как минимум города Изра в центре коридора. Ставить перед собой столь амбициозную задачу «умеренная оппозиция» может только в расчете на масштабное военное вмешательство США.

Возможно, от ответа нас отделяют дни или даже часы. Либо, как это чаще и случается, «за 5 минут до войны» будет достигнут новый «компромисс», уже с де-факто отторжением зоны № 4 или ее части в пользу Иордании под защитой и гарантиями «международной коалиции». Что в свою очередь усилит и турецкое присутствие на северо-западе Сирии. Раздел Сирии примет зримые очертания в прямом смысле этого выражения.


Альберт Акопян (Урумов)
Источник: "eadaily "


 Тематики 
  1. Сирия   (139)
  2. Ближний Восток   (486)