В оглавление «Розы Мiра» Д.Л.Андреева
Το Ροδον του Κοσμου
Главная страница
Фонд
Кратко о религиозной и философской концепции
Основа: Труды Д.Андреева
Биографические материалы
Исследовательские и популярные работы
Вопросы/комментарии
Лента: Политика
Лента: Религия
Лента: Общество
Темы лент
Библиотека
Музыка
Видеоматериалы
Фото-галерея
Живопись
Ссылки

Лента: Политика

  << Пред   След >>

Развитие военно-космических программ США в контексте реализации доктрины глобального доминирования

В 2008 г. в области развития военно-космических программ были сделаны существенные шаги. Коренным образом со времен Клинтона была преобразована вся концептуально-теоретическая база развития военного космоса. К 2006 г. стало очевидно, что основная часть военно-космических программ США должна быть нацелена на получение информации. В этой связи именно в 2008 г. активное развитие получила информационная оболочка военно-космических программ США, а именно – Глобальная информационная решетка. Практические шаги по наращиванию военно-космической мощи, а также статистика о практически постоянном увеличении расходов на основные военно-космические программы позволяют сделать вывод о сохранении претензий США на реализацию доктрины глобального доминирования, несмотря на неприятие подобных шагов со стороны Китая и Российской Федерации.

В современном мире безопасность остается одним из наиболее важных факторов международных отношений. Возникают новые риски и угрозы, с которыми сталкиваются не только отдельные государства, но и международное сообщество в целом. В такой глобализирующейся среде все большее распространение получают новейшие технологии, способные нести разрушения, но одновременно необходимые для обеспечения безопасности личности и государства.

США являются признанным лидером в космической сфере. Они осуществляют целый ряд космических программ, анализ которых дает возможность понять весь спектр проблем, встающих перед США и мировым сообществом в данной сфере.

Военно-политическое руководство США рассматривает космос как важный фактор обеспечения национальной безопасности. Идет активное использование космоса для сбора информации, являющейся в наше время одним из важнейших ресурсов, ее обработки и оперативного доведения принимаемых решений в реальном масштабе времени. Одновременно США последовательно приближаются к использованию космоса для размещения систем чисто военного назначения, в том числе ударных.

Окончание второго президентского срока Дж. Буша в начале 2009 г. дает возможность подвести некие итоги деятельности администрации США на пути реализации военно-космических программ.

С приходом к власти в США Дж. Буша была коренным образом пересмотрена вся концептуально-теоретическая база развития военного космоса. Постепенно начала происходить его переориентация на реализацию доктрины глобального доминирования, что подтверждается активным развитием разнообразных военно-космических программ, имеющих глобальный охват.
Концепция «Joint Vision-2020» 2000 г., являющаяся разработкой Объединенного комитета начальников штабов и основой плана развития вооруженных сил США до 2020 г. говорит о том, что главная цель, к которой стремятся США – всеобъемлющее господство. В соответствии с этим принципом они должны быть готовы к проведению военных операций, в том числе крупномасштабных, с самыми решительными целями и во всех сферах: на море, на суше, в воздухе, в космосе, а также в киберпространстве.

Если военно-космическая политика У. Клинтона была ориентирована на мирное использование космоса, начальный период президентства Буша – на использование космоса для физического размещения ударных систем, то к 2006 г. руководство США пришло к выводу, что основная часть военно-космических программ должна быть нацелена на получение информации, а не на размещение ударных систем для действия в космосе и из космоса. Именно космическая информационная составляющая многократно повышает эффективность других систем. И деятельность США по освоению космоса в 2008 г. подтверждает данное положение.

Сегодня информация, собранная с помощью космических систем и переданная ими активно используется при проведении различного рода боевых операций. Средства космического базирования обнаруживают и передают информацию о действиях противника командирам различного уровня в реальном масштабе времени, которые на основании этой информации получают возможность своевременного принятия решений и их доведения до войск, что, в свою очередь, обеспечивает эффективные опережающие противника действия. Такая система позволяет США управлять действиями в кризисных ситуациях на больших расстояниях, минимизируя вовлечение вооруженных сил. США получают возможность достаточно эффективно противостоять современным угрозам в условиях нестабильной, постоянно меняющейся обстановки.

Космос – это не просто место, откуда и где информация собирается. Это среда, такая же, как и воздух, земля или вода[1], в которой могут вестись боевые действия и которая может стать и уже становится ареной противостояния. В ближайшем будущем США будут готовы проводить операции в космосе, из космоса и при помощи космических средств для того, чтобы полностью обеспечивать свои национальные интересы, как в космосе, так и на земле.

Историческое стремление США к лидерству, будь то в экономической, политической или других сферах, позволило им стать флагманом мировой глобализации, распространяя свое, прежде всего, экономическое влияние по всему миру.
Процессы глобализации, с одной стороны, в значительной степени опирались на развитие информационных систем, а с другой – стимулировали их качественное развитие в интересах обеспечения глобального управления. Постепенно пришло осознание того, что именно космос сможет стать основой глобальных систем связи, тем самым обеспечивая США возможность отстаивать свои экономические и политические интересы.

Глобальное управление мировыми процессами закономерно потребовало создания глобальных систем связи, что могло быть реализовано только при использовании спутников. В связи с этим именно космосу отводится основная роль при создании успешно функционирующей обновленной Глобальной информационной решетки (ГИР), о котором было заявлено в июне 2007 г. в докладе Министерства Обороны США «Архитектурное видение глобальной информационной решетки» [2] и которое активно началось в 2008 г.

Данная глобальная информационная система позволит Пентагону в полной мере использовать силу информации, начиная от ее применения в экономике и заканчивая использованием в потенциальных конфликтах в космосе.

Эта информационная система является своего рода операционной средой, в которой информация доступна, источники получения, обмена и использования информации защищены и где такие ресурсы, как пропускная способность, частотный диапазон и др. динамично распределены, исходя из потребностей для каждой конкретной операции и варьируются в зависимости от уровня приоритетности. В такой среде все ее участники (командиры и начальники, принимающие решения на всех уровнях, аналитики разведки, военнослужащие, вспомогательный персонал) связаны между собой и тесно взаимодействуют друг с другом, что позволяет использовать силу информации для достижения полного превосходства.
Идея всеохватывающего господства лежит в основе многих доктринальных документов: информационное превосходство рассматривается в них как неотъемлемая часть такого господства, а в некоторых случаях как главный способ полного доминирования над другими странами.

Подобное доминирование позволит Соединенным Штатам действовать с большей скоростью, эффективностью в средах, которые являются более комплексными, динамичными и менее определенными.

Именно концептуально-теоретические разработки в области военно-космической безопасности и активные действия по разработке военно-космических программ позволяют США приближаться к реализации доктрины глобального доминирования, и 2008 г. в этом плане достаточно показателен.

Глобальная информационная решетка, будучи своеобразной информационной оболочкой военно-космических программ, развивалась в 2008 г. очень активно. Задачи, поставленные перед создателями ГИР на 2008 г., были успешно выполнены. Среди них: адаптация военных операций к условиям постоянно ухудшающейся обстановки в киберпространстве; улучшение защиты против кибер-атак, уменьшение времени на восстановление систем после кибер-атак; пересмотр контрольно-управленческих возможностей ГИР; улучшение взаимодействия между элементами системы[3].

Операционные преимущества данной информационной среды огромны. Прежде всего, это возросшая ситуационная информированность и взаимопонимание всех участников как в ходе разведывательных операций на поле боя, так и в ходе управления экономическими процессами благодаря получению информации в реальном времени и ее использованию. Участники сами смогут сопоставлять полученную информацию со своими конкретными задачами, делать правильные выводы, принимать целесообразные решения и действовать в наибольшей степени эффективно. Скорость принятия решения возрастает, что вполне может привести к уменьшению боевых потерь и повысить вероятность общего успеха боевой операции.

Таким образом, создание Глобальной информационной решетки является одной из главных, а, возможно, и самой главной частью процесса трансформации вооруженных сил США. Современная военная стратегия США предусматривает необходимость дополнить превосходство на земле, на воде и воздухе превосходством в космосе и информационной сфере. Доминирование в информационно-космической сфере предусматривает:
1) обеспечение свободы действий США в информационном и космическом пространстве;
2) создание сверхмощного закрытого космического Интернета;
3) предотвращение нарушения его работы другими странами (создание системы защиты идущего через космос информационного трафика)[4]. Совершенствование информационно-космической составляющей глобального лидерства и, в конечном счете, доминирования является одним из приоритетов современного развития США, несмотря на смену республиканской администрации демократической в ноябре 2008 г.

По планам США контроль над информационной инфраструктурой последовательно влечет за собой контроль над информационными потоками, мировой политикой и международной экономикой.

Это вполне согласуется с тем, что с приходом нового Министра обороны США Роберта Гейтса в декабре 2006 г., несколько изменились приоритеты военно-космической политики. По мнению некоторых американских аналитиков для Дональда Рамсфельда, предшественника Р.Гейтса, основным в области космонавтики была ориентация на проведение ударных космических операций[5]. Более того, для Рамсфельда роль космоса была ключевой в системе трансформации вооруженных сил США, что предусматривало активную разработку космической системы противоракетной обороны, и последующую милитаризацию космического пространства.

Гейтс же, представляя в 2007 г. проект оборонного бюджета на 2008 г., сконцентрировал свое внимание на других аспектах использования космоса. Для него, как бывшего директора ЦРУ, основную значимость представляет информация. В этой связи акцент в 2008 г. должен был быть и был сделан на информационной составляющей использования космоса в военных целях. В соответствии с этим финансирование разработок в области систем глобальной ПРО и ПРО на театре военных действий было сокращено на $0,5 млрд. каждой, в то время как каждая из систем разведки, наблюдения, слежения и позиционирования получила в среднем на $0,3 млрд. больше, чем в 2007 г.[6].

Информационный аспект, являющийся приоритетом для США в развитии космоса, наиболее активно проявляется в реализации следующих военно-космических программ, которые вполне согласуются с доктриной глобального доминирования:
1) запуск спутников раннего предупреждения SBIRS-Low/High (Space-Based Infrared System-Low/High);
2) ввод в действие космического радара Space Radar;
3) запуск спутников TSAT;
4) создание системы Space Bed Test, необходимой для эксплуатации группировки перехватчиков космического базирования;
5) создание системы NFIRS (Near Field Infrared Experiment);
6) ввод в эксплуатацию очередного спутника серии XSS (Experimental Satellites Series)[7].

Программа по созданию инфракрасной системы наблюдения и раннего предупреждения о пусках баллистических ракет космического развертывания, состоящая из групп спутников на низких и высоких орбитах – SBIRS-Low/High является одной из самых перспективных. Эта система характеризуется в военных кругах как система космической стратегической разведки «второго поколения» с повышенными характеристиками обнаружения, глобального слежения, сопровождения и целеуказания в реальном времени для действующих ударных сил и средств не только национальной противоракетной обороны, но и объединенных вооруженных сил США в целом. Орбитальная группировка SBIRS на высоких орбитах (SBIRS-High), по замыслу, заменит прежние орбитальные комплексы – разведывательные спутники системы DSP (Defence Support Program Satellites), которые решали задачи раннего предупреждения начиная с 1970-х гг..

Запуск первых спутников этих систем планировался на 2006-2007 гг. Однако в результате реструктуризации программы, в виду значительных недостатков в проработке, запуск был перенесен на 2009 г[8]. Таким образом, полное успешное функционирование системы SBIRS в глобальной системе ПРО может быть обеспечено только к 2015 г.
На протяжении первого десятилетия XXI века расходы на эту программу постоянно росли, так, в начале президентства Дж. Буша-мл. в 2002 г. на реализацию этой программы было выделено $524,5 млн[9], а в 2006 г. эта сумма возросла до $710,2 млн[10]. В 2007 г. на программу SBIRS-High было потрачено $684,4 млн. Однако, осознание важности этой программы привело к тому, что в 2008 г. было истрачено $982,6 млн, а в бюджете на 2009 г. значится сумма уже в $2,328 млрд.[11]

Такие внушительные расходы на реализацию данной программы уверенно приближают США к пускам двух первых спутников в 2009 г. Из-за неполадок в программном обеспечении, управляющим полетным процессом, запуск, ранее планировавшийся на 2008 г., был отложен. Проводилась доработка и перенастройка программного обеспечения, в результате чего специальная комиссия признала данные системы готовыми к выполнению своих задач и назначила новую дату запусков – ноябрь-декабрь 2009 г[12].
Радар космического базирования Space Radar должен стать системой, которую с большой эффективностью смогут использовать Министерство обороны США, разведывательное сообщество и гражданские пользователи.

В настоящее время радиолокационную разведку из космоса осуществляют аппараты Lacrosse/Onyx, эксплуатируемые Национальным разведывательным управлением. Неоднократно выдвигались предложения о разработке системы следующего поколения, и с 2001 г. началась разработка системы Space Radar.
Многорежимный радар предполагается использовать в целях:
· отслеживания движущихся целей;
· получения данных о рельефе местности и построения цифровых с карт с высоким разрешением;
· перспективной геопространственной разведки[13].

Данная программа финансировалась очень активно начиная с 2005 г. и вплоть до 2008 г. По оценкам Центра оборонной информации, расходы на эту программу в 2008 г. составили $95 млн[14], однако в связи с дороговизной и чрезмерной амбициозностью программы Конгресс США заморозил ее финансирование на 2009 г.[15] с перспективой возобновить ее реализацию в 2010 г. Предполагается постепенно увеличивать финансирование и к 2015 г ввести систему в строй.

Большое внимание уделяется проекту Пентагона Transformational Satellite System (TSAT) по созданию сети из пяти спутников, передающих информацию с помощью лазерных технологий, что способно обеспечить пропускную способность соответствующих каналов связи от 10 до 40 Гб/с. Для сравнения, действующий американский космический аппарат Milstar II может передать на землю 1 мегабайт данных в течение минуты, а спутник AEHF будет транслировать цифровые фотографии высокого разрешения всего в три раза быстрее. Между тем, военным для передачи информации в реальном времени уже давно требуются гигабайтные каналы, поэтому на систему TSAT, первые станции которой должны быть выведены на орбиту в 2012-2013 гг., планируется в общей сложности потратить от $12 до $18 млрд. В 2006 г. на создание данной системы было потрачено $436 млн.[16], в 2007 г. финансирование было увеличено до $700,4 млн, и данная тенденция сохраняется: 2008 г. – $804,7, 2009 г. – $843 млн.[17] (см. табл. 1)

Предполагается, что обращаться к системе TSAT смогут даже рядовые солдаты с поля боя с помощью персональных BlackBerry-устройств, работающих через наземные магистральные маршрутизаторы на базе технологии оптических фазированных массивов.

Много вопросов и дискуссий вызывает программа по созданию космической платформы противоракетной обороны (Space Bed Test). Этот проект предусматривает создание и совершенствование перехватчика космического базирования, развитие системы связи и управления системой ПРО космического базирования и запуск небольшого количества перехватчиков для проведения испытаний по поражению баллистических ракет[18]. В мае 2007 г. Конгресс США полностью исключил ассигнования на нее на 2008 г. в сумме $10 млн, запрошенные Президентом Дж. Бушем. Тогда председатель подкомитета по стратегическим силам комитета по делам вооруженных сил Палаты представителей Конгресса США, Эллен Ташер (от демократической партии, 10-й округ Калифорнии) заявила, что подобный «шаг к размещению оружия в космосе навсегда подорвет наши усилия по предотвращению гонки вооружений за пределами атмосферы»[19].

Таким образом, практические действия по размещению перехватчиков космического базирования системы ПРО США были отложены до 2009 г., на который Дж. Буш опять запросил $10 млн[20], которые и были выделены. Более того, согласно экспертам Агентства по противоракетной обороне, финансирование программы по созданию космического компонента ПРО должно увеличиться до $100,2 млн. к 2012 г.[21], когда эта система и должна начать полноценное функционирование. В этом же году $9,97 млн. было выделено на программу NFIRS[22].

В 2005 г. Агентство по ПРО США получило финансовые полномочия от Конгресса на орбитальные испытания космического перехватчика. По техническим причинам космический снаряд-терминатор не удалось вовремя установить на борту экспериментального маневрирующего спутника с инфракрасной аппаратурой NFIRE. Теперь снаряд-перехватчик установят на втором спутнике серии NFIRE для проведения эксперимента по перехвату цели в космосе.

24 апреля 2007 г. был запущен первый спутник системы NFIRE, однако сразу после его запуска программа по размещению на нем перехватчика космического базирования была приостановлена[23]. Возобновлена она была уже в 2008 г., когда летом был запущен тестовый спутник[24], предназначенный для определения неполадок, могущих возникнуть при эксплуатации основного, и сроков запуска следующего спутника, способного уже быть местом базирования перехватчика. В 2008 г. работа в этом направлении шла достаточно активно. Проводились эксперименты по улучшению связи, испытанию спутника в условиях приближенных к космическим.

Ввиду относительной завершенности программы расходы на нее постепенно снижаются начиная с 2005 г. и составили $11,78 млн в 2008 г.[25].

В 2008 г. продолжалась активная разработка программы Experimental Satellites Series (XSS) и подготовка к запуску нового спутника серии XSS для сближения и проведения инспекции других космических аппаратов на орбите. Первый микроспутник серии XSS-10 был запущен в 2003 г. и проработал на орбите 24 часа. В настоящее время специалисты ВВС США проводят эксперименты со вторым спутником-инспектором XSS‑11 массой 100 кг, запущенным в апреле 2005 г. К концу 2008 г. спутник XSS-11 провел несколько автономных операций по инспекции отработанной ступени ракеты Minotaur, приближаясь к ней на расстояние от 1,5 км до 300 м. Программа по эксплуатации спутников-инспекторов XSS имеет большое значение для безопасности США, что подтверждается запланированными расходами на нее в $30 млн. в 2009 г., что немного больше, чем в 2008 г. – $28,9 млн., но немного меньше, чем в 2007 г. – $35,1 млн.

Становится вполне очевидно, что, осуществляя такой достаточно широкий спектр военно-космических программ, США четко ориентированы на лидерство в этой сфере, через которое намерены перейти к глобальному доминированию во многих других сферах. Более того, по мнению ряда американских специалистов, затраченные в 2008 г. в общей сложности $6 млрд. на военно-космические программы это лишь часть общего объема финансирования данной сферы[26]. Часть подобных программ, а соответственно и их финансирование засекречены. По экспертным оценкам сумма денежных средств, выделяемая на подобные засекреченные программы, может доходить до $8 млрд.[27]

Несмотря на разнообразные дискуссии вокруг военно-космических программ, в США продолжает существовать консенсус относительно значимости в целом развития космоса и его критической важности для отстаивания национальных интересов в области безопасности. В этой связи открытым остается вопрос относительно того, насколько китайское испытание противоспутникового оружия в январе 2007 го. изменит общую ситуацию в военно-космической сфере. Сегодня все четче проступают очертания будущего конфликта между старой сверхдержавой – США и новой, поднимающейся – КНР. И вполне очевидно, что противостояние в околоземной сфере, т.е. в космосе, станет одной из основных осей конфликта.
Вывод систем военного (или даже двойного) назначения в космос создает очевидные угрозы безопасности Российской Федерации, с одной стороны, и подрывает ее позиции в космосе, с другой. В этой связи России необходимо адекватно реагировать на попытки милитаризации космического пространства, которые предпринимают США: Россия могла бы развивать аналогичные системы, разработки которых велись еще в советский период.

Кое-что в этом направлении уже делается. В апреле 2007 г. президент В. Путин подписал указ о расширении концерна противовоздушной обороны «Алмаз-Антей». Целью объединения концерна еще с 11 предприятиями является создание системы воздушно-космической обороны пятого поколения. Эта система должна обеспечить оборону всей страны от воздушного нападения с использованием не только самолетов и ракет потенциального противника, но и космических аппаратов. Это всего лишь один пример того, что Россия начинает предпринимать попытки по восстановлению своих позиций в космическом пространстве и недопущению единоличного лидерства США в этой сфере.

Однако США серьезно намерены поддерживать и упрочивать его. По словам министра Военно-воздушных сил США Майкла Донли, только четкое распределение ресурсов, сильная политическая власть и сотрудничество различных правительственных и неправительственных организаций позволит США остаться лидером в космосе[28].

В этой связи особую важность приобретает вопрос о соотношении гражданского и военного космоса. В последнее время намечается тенденция, свидетельствующая о том, что интересы военных и гражданских по обеспечению безопасности в космосе начинают совпадать. Коммерческому сектору необходима безопасность вложенных в космические технологии инвестиций, а военным – безопасность собственно военных систем.

Более того, идет процесс сращивания гражданского и военного космоса путем, во-первых, создания технологий двойного назначения, во-вторых, допущения инвестиций частного сектора в развитие космических технологий, и, в-третьих, совместного использования систем, предусматривающего передачу информации гражданским ведомствам, полученную от военных космических систем, с одной стороны, и привлечение коммерческих космических систем для решения военных задач, с другой. 21 ноября 2008 г. на симпозиуме в Лос-Анджелесе, организованном Ассоциацией ВВС США, Майкл Донли отметил, что система глобального позиционирования, наряду с другими космическими системами, являются частью американской экономики и в целом мировой экономики. В этой связи интересы коммерческого сектора и государства в части обеспечения национальной безопасности являются взаимосвязанными[29].

Все активнее решается вопрос об использовании гражданских космических объектов и оборудования в военных целях. В последнее время эта тенденция усиливается. Например, в ходе военной операции США в Ираке в 2003 г. до 80% военной связи на театре военных действий обеспечивалось коммерческими спутниковыми системами. Около трети из 30 тыс. выпущенных по Ираку снарядов и бомб управлялось с помощью космической системы глобального позиционирования GPS. Ослепление «космического глаза», то есть системы GPS, а также космического эшелона системы предупреждения о ракетном нападении ядерных стран сегодня уже в принципе технически реально. Но возникновение такой возможности подрывает системы национальной безопасности ядерных держав и может повлечь за собой общую дестабилизацию международной ситуации.

Таким образом, в военно-космической деятельности США можно проследить две вполне взаимосвязанных тенденции. С одной стороны, это стремление обеспечить свою национальную безопасность, так как системы связи и космический эшелон системы предупреждения о ракетном нападении являются критически важными для ее обеспечения. А с другой стороны, предпринимаются активные, последовательные усилия по проведению в жизнь доктрины глобального доминирования. И космические средства вносят огромный вклад в ее реализацию. 2008 г. как год, завершивший второй президентский срок Дж. Буша, показал, что космос является одним из приоритетов в обеспечении национальной безопасности США. Несмотря на партийные различия 43 и 44‑ого президентов США, вполне очевидно то, что перемены, провозглашаемые Бараком Обамой, не затронут курс предыдущей администрации на обеспечение национальной безопасности всеми доступными средствами, в том числе и космическими.


Лукшин Б.С., Центр военно-стратегических исследований Института США и Канады РАН
Источник: Журнал "Россия и Америка в ХХI веке", №1 2009



[1] Report of the Commission to assess United States National Security Space Management and Organization. 2001. p.13.
[2] Department of Defense Global Information Grid Architectural Vision. 2007. p.iii.
[3] Anthony Bargar. DoD Global Information Grid Mission Assurance // CrossTalk – The Journal of Defense Software Engineering. Fall 2008.
[4] Роговский Е. Борьба за контроль в космосе // Международные процессы. Том 5. Номер 2(14). Май-август 2007.
[5] Richard Kaufman, Henry Hertzfeld, Jeffrey Lewis. Space Security and the Economy. September 2008. p.10.
[6] Ibid. pp.10-11.
[7] Therese Hitchens and Victoria Samson. Space Weapons Spending in the FY 2009 Defense Budget. March 2008.
[8] Горшков А. Спутники против ракет // Независимое военное обозрение. 13.08.2004.
[9] Program Acquisition costs by Weapon system // Department of Defense Budget For Fiscal Year 2004. February 2003.
[10] Program Acquisition costs by Weapon system // Department of Defense Budget For Fiscal Year 2007. February 2006.
[11] DoD FY 2009 Budget Request Summary Justification. P.209.
[12] Space Acquisitions. DOD’s Goals for Resolving Space Based Infrared System Software Problems Are Ambitious // United States Government Accountability Office. September 2008.
[13] Лисов И. Прототип большого космического радара // Новости космонавтики. №4, 2006.
[14] Therese Hitchens and Victoria Samson. Space Weapons Spending in the FY 2009 Defense Budget. March 2008.
[15] Space Radar Program Cancelled // Satellite Today. March 7th, 2008.
[16] CRS Report for Congress // U.S. Military Space Programs: An Overview of Appropriations and Current Issues. August 7th, 2006.
[17] DoD FY 2009 Budget Request Summary Justification. p.210.
[18] The Missile Defense Space Test Bed // www.ucsusa.org. May, 2007.
[19] Цит. по Сенат отказался финансировать размещение системы ПРО США в космосе // РИА Новости. 25.05.2007.
[20] Theresa Hitchens and Victoria Samson. Space Weapons Spending in the FY 2009 Defense Budget. March 2008.
[21] Missile Defense Agency. Fiscal Year 2009 (FY 09). Budget Estimates. Overview. p.22.
[22] Theresa Hitchens and Victoria Samson. Space Weapons Spending in the FY 2009 Defense Budget. March 2008.
[23] http://www.nasa.gov/centers/wallops/missions/nfire.html
[24] Ibid.
[25] DoD FY 2009 Budget Request Summary Justification.
[26] Richard Kaufman, Henry Hertzfeld, Jeffrey Lewis. Space Security and the Economy. September 2008. p.16.
[27] Ibid.
[28] Matt Proietti. US Can Retain Space Leadership Role // www.spacewar.com 26.11.2008
[29] Ibid.


 Тематики 
  1. Мир под эгидой США   (1322)