В оглавление «Розы Мiра» Д.Л.Андреева
Το Ροδον του Κοσμου
Главная страница
Фонд
Кратко о религиозной и философской концепции
Основа: Труды Д.Андреева
Биографические материалы
Исследовательские и популярные работы
Вопросы/комментарии
Лента: Политика
Лента: Религия
Лента: Общество
Темы лент
Библиотека
Музыка
Видеоматериалы
Фото-галерея
Живопись
Ссылки

Лента: Политика

  << Пред   След >>

Современные аспекты ядерной политики США


Основной вывод статьи сводится к тому, что концептуальным фундаментом обанкротившейся ядерной политики администрации Буша-младшего было стремление обеспечить ядерным силам США возможность превентивного применения ядерного оружия (ЯО) при минимизации ущерба от ответного применения ЯО противной стороной.

1. Банкротство ядерной политики президента Дж. Буша-мл.

Доминанта силовой концепции во внешней политике США президента Дж. Буша-младшего изначально была предопределена его выбором ключевых фигур для администрации. Неоконсерваторы Ричард Чейни (Richard Cheney) и Дональд Рамсфельд (Donald Rumsfeld) уже были сложившимися сторонниками внешней политики Соединённых Штатов, основанной на силовых методах её претворения и пренебрежительном отношении к роли ООН. Можно полагать, что идеология «превентивной военной доктрины» была принята президентом Бушем ещё до событий 11 сентября 2001 г.. Террористическая атака 11 сентября и бурная реакция возмущения этим чудовищным актом со стороны большинства стран послужили хорошим «флером» для претворения в жизнь военно-политическим руководством США этой идеологии под предлогом борьбы с международным терроризмом. Идеология «превентивной военной доктрины» в полной мере нашла отражение и в ядерной политике администрации Буша-мл.

Уже в первый год пребывания у власти администрации Буша-младшего в Пентагоне был разработан ключевой документ ядерной политики США – «Обзор состояния ядерных вооружений» (Nuclear Posture Review – NPR, далее «Ядерный обзор 2001»)[1], в котором изложены взгляды администрации на политику в области ядерного оружия (ЯО) и на перспективу военной политики США в целом.

«Ядерный обзор 2001» был представлен конгрессу министром обороны Д. Рамсфельдом 31 декабря 2001 г. как в открытой (опубликованной 9 января 2002 г.), так и в секретной версии. «Ядерный обзор 2001» разрабатывался в тесном взаимодействии с руководством Министерства энергетики. По мнению администрации Буша, этот всеобъемлющий документ определяет развитие ядерных сил США, как минимум, на ближайшие 10–15 лет.

Несколько позже, в марте 2002 г., газета «Лос-Анджелес Таймс» опубликовала статью, основанную на утечке информации относительно секретной версии «Ядерного обзора 2001»[2]. Эта статья раскрыла истинные планы администрации Буша по определению целей применения ядерного оружия (ЯО) на территории семи стран – России, Китая, Ирака, Сирии, Ливии, Ирана и Северной Кореи. И это при том, что Россия немедленно пошла на тесное сотрудничество с Соединёнными Штатами в борьбе с международным терроризмом.

Главным радикальным отличием «Ядерного обзора 2001» администрации Буша от аналогичных документов предшествующих администраций явился принципиально новый комплексный подход к инфраструктуре стратегической триады, которая преобразует чисто ядерную триаду времен холодной войны в Новую Триаду.

Традиционная ядерная триада времён холодной войны включала только стратегические наступательные компоненты ядерных сил сдерживания – межконтинентальные баллистические ракеты наземного базирования (МБР), межконтинентальные баллистические ракеты подводных лодок (БРПЛ) и стратегические бомбардировщики.

Новая Триада, по сути дела, концептуально определяла как внешнюю военную политику (первая и вторая составляющие), так и внутреннюю военную политику – материально-техническое обеспечение двух первых составляющих Триады.

· Первая составляющая Новой Триады – наступательная, включает традиционную ядерную триаду – МБР, БРПЛ и стратегические бомбардировщики. Но ядерная составляющая в новое время, в отличие от периода холодной войны, требует интегрирования с новыми неядерными стратегическими способностями.

· Вторая составляющая Новой Триады требует развития и развертывания как активной, так и пассивной обороны, исходя из того, что только наступательные способности не могут сдержать агрессию в новой обстановке безопасности 21-го столетия. Активная и пассивная обороны не будут совершенны, однако предотвращая или снижая эффективность ограниченных атак, эти два вида обороны могут препятствовать проведению вражеских атак, предоставляя тем самым новые возможности для управления кризисами и обеспечения гарантии против неудачи традиционного сдерживания.

· Третьей составляющей Новой Триады является оборонная инфраструктура. После окончания холодной войны оборонная инфраструктура сократилась, а американская ядерная инфраструктура атрофировалась. Новый подход к развитию и материально-техническому обеспечению новых способностей должен охватывать области новых генераций систем вооружений более чем на 20 лет вперед. В отношении ядерной инфраструктуры необходимо исправить упадок доверия к развернутым силам, сократить ненужное оружие и уменьшить риск технологических сюрпризов. Способность США реагировать на существующие стратегические изменения может позволить сократить американский ядерный арсенал и, в тоже время, отговорить противников от начала соперничества в ядерных вооружениях.

Из концепции второй составляющей Триады следовало, что уже при разработке «Ядерного обзора 2001» предусматривался выход США из Договора по ПРО, что и было осуществлено в 2002 г. Таким образом, главной целью Новой Триады являлось обеспечение реализации военной политики США в виде перманентной способности недопущения превосходства над американским военным потенциалом любым другим государством.

В области ядерных вооружений это сводилось к принятию Соединенными Штатами концепции силового «контрраспространения» ОМУ. Для обеспечения практической реализации этой концепции в «Ядерном обзоре 2001» значительное место было уделено обоснованию необходимости создания специализированного ядерного оружия малой мощности (до 5 килотонн тротилового эквивалента) для поражения заглубленных на большую глубину сильно укрепленных целей. Позиция администрации Буша относительно использования такого оружия на театрах военных действий (ТВД) была весьма радикальна и сводилась к снижению порога применения ЯО в конфликтах регионального уровня. Администрация полагала, что объединенная в единое целое современными средствами управления, связи и разведки Новая Триада обеспечит эффективную и гибкую оборонную инфраструктуру Соединенных Штатов.

«Ядерный обзор 2001» приобрел непреходящее значение для осуществления властных полномочий в области ядерной политики обеими администрациями Буша. Этот документ, в той или иной степени, является отправной точкой практически во всех официальных доктринальных документах по операциям Объединенных Вооруженных Сил (ОВС) с возможным применением ЯО. Большинство экспертных оценок ядерной политики США или дискуссий по ней также прямо или косвенно отталкиваются от «Ядерного обзора 2001».

Ведущую роль в разработке «Ядерного обзора 2001» сыграла полунезависимая Администрация национальной ядерной безопасности (Nation Nuclear Security Administration – NNSA, далее ННСА), образованная решением конгресса в рамках Министерства энергетики вместо Управления военных программ в 2000 г.[3] Решение конгресса о создании ННСА, можно полагать, было обусловлено тем, что в настоящее время Министерство энергетики с годовым бюджетом более 30 млрд. долл. проводит и координирует в национальном масштабе широчайший круг фундаментальных исследований и разработок практически во всех областях современной науки, вплоть до генетики, при этом особый приоритет отдается разработкам в области нанотехнологий. Весьма вероятно, что разрастание объема решаемых Министерством энергетики задач привело к возникновению проблем в эффективности управления программами по использованию атомной энергии в военных целях.

ННСА в тесном взаимодействии с Министерством обороны и по его заданиям осуществляет руководство всеми военными ядерными программами, формирует собственный бюджет и обосновывает его перед конгрессом, перед которым и несет прямую ответственность за расходование утвержденных бюджетных ассигнований. ННСА обеспечивает и гарантирует сохранность, надёжность и соответствие техническим характеристикам ядерного оружейного арсенала США, включая обеспечение способности разрабатывать, производить, испытывать, хранить складированное ЯО и осуществлять его демонтаж.
Дополнительно ННСА выполняет еще четыре функции, относящиеся к национальной безопасности:

· обеспечивает надежность ВМС США путем поддержания военной эффективности ядерных энергетических установок подводных лодок на заданном уровне;
· содействует международной ядерной безопасности и нераспространению ЯО;
· уменьшает глобальную опасность от оружия массового уничтожения (ОМУ);
· поддерживает лидирующее положение США в научной и технологической областях.
Финансирование работ ННСА непосредственно в области ЯО осуществляется по специальному разделу «Деятельность в области ядерного оружия».

Деятельность ННСА в плане фундаментальной модернизации ядерного арсенала США включает:

• усовершенствование конструкции боеголовок путём модификацией основного (термоядерного) заряда, замену неядерных компонент и восстановление некоторых второстепенных компонент;
• модификацию весогабаритных характеристик боеголовок и систем управления с целью повышения точности попадания в цель;
• установку исключительно надёжных систем управления для капсулы с тритием и его впрыска в основной взрывной узел;
• замену основного заряда;
• установку нового механизма изменения мощности боеголовки;
• повышение безопасности боеголовок с использованием встроенных систем контроля;
• усовершенствование способности боеголовок противостоять близким ядерным взрывам;
• установку нейтронных генераторов новейшей разработки, инициирующих цепную ядерную реакцию;
• установку нового оборудования для высотных подрывов боеголовок и
• замену электронного и электрического оборудования боеголовок[4].

Все вышеперечисленные работы проводятся под руководством ННСА подведомственными ей тремя национальными ядерными лабораториями[5] в рамках принятой в 1995 г. программы «Сопровождения ядерного арсенала» (Stockpile Stewardship Program – SSP). Целью программы SSP является обеспечение надежности, сохранности и безопасности ЯО в ядерном арсенале США в условиях моратория на ядерные испытания (с 1992 г.), путем компьютерного и физического моделирования процессов, протекающих в ЯО, вплоть до моделирования самого ядерного взрыва.

В 2006 г. в рамках ННСА было создано новое подразделение – «Ядерное сдерживание» – с ежегодным бюджетом в 300 млн. долл. по отдельной строке финансирования «Деятельности в области ЯО». Задачей нового подразделения является «трансформация Национального ядерного арсенала и поддерживающей инфраструктуры для большей готовности к ответу на угрозы XXI‑го столетия»[6].

В «Ядерном обзоре 2001» было также отражено желание администрации, в дополнение к совершенствованию существующего ЯО и разработке нового, осуществить проверку концепций принципиально новых видов ЯО (Advanced Concepts Program – Программа передовых концепций ЯО). Эти принципиально новые виды ЯО должны обладать расширенными способностями, выходящими за рамки только взрывных эффектов.


Перед Министерством обороны и ННСА поставлена задача проверки концепций следующих новых видов ЯО:

• ядерных боеголовок с повышенным выходом энергии электромагнитного импульса, способного вывести из строя силовые электрические сети и современное электронное оборудование на расстоянии тысяч миль при высотном воздушном взрыве;
• ядерных боеголовок с повышенным выходом нейтронного излучения или «нейтронных бомб», которые были бы способны уничтожать живую силу, но не наносили бы существенных разрушений инфраструктуре и имуществу;
• ядерных боеголовок для противоракетной обороны и
• ядерных источников энергии накачки оптических и рентгеновских лазеров, которые были бы способны импульсным излучением уничтожать спутники, самолеты, ракеты и наземные цели[7].

Таким образом, администрация Буша-младшего продемонстрировала желание вернутся в «ядерные пещеры» президента Рональда Рейгана.

В «Ядерном обзоре 2001» значительное внимание было уделено обоснованию необходимости создания проникающей в грунт на большую глубину ядерной боеголовки малой мощности (до 5 кт). По мнению администрации, эта боеголовка должна была обеспечить поражение сильно укреплённых бункеров-хранилищ ОМУ и вражеских командных пунктов на глубинах до 300 метров. Тем самым должна была быть материализована концепция силового «контрраспространения».
С 2002 фин. г. республиканский конгресс открыл финансирование программы по созданию проникающей в грунт ядерной боеголовки малой мощности (до 5 кт) (программы Robust Nuclear Earth Penetrator – RNEP, далее РНЕП). Боеголовка РНЕП предназначалась для использования в ядерных операциях в качестве основного инструмента именно на ТВД. В отношении РНЕП администрация Буша имела амбициозный проект стоимостью в 427 млн. долл. с принятием такой боеголовки на вооружение в 2009 году.

Однако в результате широкой трёхлетней научной и общественной дискуссии о невозможности поражения такой боеголовкой бункеров-хранилищ ОМУ даже на глубинах менее 100 метров, конгресс отказал в продолжении финансирования программы РНЕП с 2006 фин. г. Как заявил 25 октября 2005 г. председатель Сенатского Подкомитета по энергетике и водным ресурсам Пит Доменичи (PeteDomenici) (республиканец, Нью-Мексико), «финансирование программы РНЕП исключено из бюджета Министерства энергетики на 2006 фин. г.» Законом по бюджетным ассигнованиям на 2006 фин. г. программе РНЕП был вынесен смертный приговор[8].

Этим решением конгресс продемонстрировал способность учитывать результаты широкой общественной дискуссии, выявившей полную военно-техническую несостоятельность этой программы и вред, наносимый международному авторитету США в сфере нераспространения ЯО.

Не поддается разумному объяснению сама изначальная постановка программы РНЕП. Чем можно объяснить то, что Пентагон и Министерство энергетики, обладающие огромным штатом специалистов высшей квалификации, пытались обосновать и получили частичное финансирование заведомо абсурдной в военно-техническом плане программы создания боеголовки РНЕП? Учитывая резкое ужесточение режима секретности в области ЯО с приходом в 2004 г. к руководству ННСА Линтона Брукса (Linton Brooks) – протеже президента Буша, нельзя исключить того, что за программой РНЕП имелся какой-то скрытый смысл. Отмечалось[9][10]., что ННСА по многим научно-исследовательским подпрограммам программы «Деятельность в области ядерного оружия» может перераспределять бюджетные средства без запроса согласия на это у конгресса
После перехода конгресса США под полный контроль демократов в результате ноябрьских 2006 г. выборов, не только подвергается нарастающей резкой критике со стороны конгресса ядерная политика администрации Буша, но и лишается безоговорочной финансовой поддержки программа «Замена существующих ядерных боеголовок более надежными» (Reliable Replacement Warhead – RRW), принятая во времена республиканского конгресса.

Деятельность президента Буша-мл. в области военной политики, в том числе и ядерной, уже в первый период его президентства подвергалась резкой критике со стороны конгрессменов-демократов. Так, сенаторы-демократы Карл Левин (CarlLevin) и Джек Рид (Jack Reed), в то время только члены Комитета по делам вооруженных сил Сената[11], отмечали:
«В течение почти половины столетия США стремились поставить вне закона использование ОМУ, особенно ЯО – начиная с поддержки Джоном Кеннеди и Линдоном Джонсоном (Lyndon Johnson) договоров о запрещении ядерных испытаний и нераспространении ЯО и до поддержки Бушем‑ст. договоров об ограничении стратегических наступательных вооружений. Американские президенты от обеих партий рассматривали контроль над вооружениями и стратегии снижения риска от гонки вооружений как критические проблемы для национальных интересов США.

В 2000 г., будучи кандидатом в президенты, Дж. Буш подтверждал необходимость продолжения этой традиции и заявлял о необходимости сокращения стратегических ядерных арсеналов США и России. Выступая против ратификации Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ), он обязался продолжить мораторий США на ядерные испытания.
Однако, став президентом, Буш отказался от Договора по противоракетной обороне. Он оказал давление на конгресс, чтобы утвердить меры и программы, снижающие порог применения ЯО. Московский Договор об ограничении ядерных потенциалов станет началом и концом инициатив администрации Буша по контролю над вооружениями. Деятельность для этой администрации <…> заключается в том, чтобы опираться на ядерное оружие и уходить от контроля над вооружениями»[12].
Во время второго срока президентства политика Буша-мл. в области контроля над вооружениями также не изменилась: «Даже в период холодной войны стороны вели переговоры об ограничении гонки вооружений. Сегодня переговоры о контроле над вооружениями прекращены. Между тем гонка вооружений "без правил" возобновилась и приобрела многосторонний характер»[13].

Опубликованный в самом начале второго года пребывания во власти администрации Буша-мл. «Ядерный обзор 2001» даже в открытой публикации предоставил большое количество информации о планах администрации, существенно расширявших спектр целей и потенциальных возможностей для использования ЯО, и о политике в области размеров ядерных сил, разработки и совершенствования ЯО.

Несмотря на заключение с Россией Договора о сокращении стратегических наступательных потенциалов, президент Буш в полной мере сохранил «свободу рук» в манипуляциях с количественным составом американских стратегических ядерных сил[14].

Утвержденный президентом засекреченный план сокращения ядерного арсенала устанавливал размер и предпочтительную структуру готовности всех, а не только развернутых, ядерных сил США.

Тогдашний глава ННСА Линтон Брукс[15] на Международной конференции Карнеги-центра по нераспространению (21 июня 2004 г.) заявил, что одна из целей ядерного арсенала США – предостеречь потенциальных противников от попытки сравняться с американскими возможностями или от привлекательности стратегического состязания. Другие цели включают уверение союзников США в том, что соединенные Штаты могут защитить их, сдерживая будущие угрозы и, если будет необходимо, разгромить потенциальных противников.

Администрация оставляла неопределенность по поводу того, как будет завершаться сокращение в соответствии с Договором о сокращении стратегических наступательных потенциалов, наметив в качестве предварительной цели сокращение к 2007 г. размещенных стратегических боеголовок до 3500, но не предложив определенного плана сокращения остающихся 1300 боеголовок.

Предупреждая о возможной в будущем неопределенности, администрация утверждала, что США должны быть готовы к различным непредвиденным обстоятельствам, которые могут потребовать модификации или наращивания ядерных сил.
Брукс объяснял, что такое право выбора оставляет открытым создание «возвратной инфраструктуры», базирующейся на трех главных инициативах:

– планировании строительства новых предприятий для создания дополнительных ядерных зарядов для боеголовок;
– исследовании новых концепций ЯО и
– сокращении в два раза необходимого для возобновления ядерных испытаний времени в случае решения президентом их возобновить. Администрация заявляла, что в настоящее время планов проводить ядерные испытания нет.

Договор о сокращении стратегических наступательных потенциалов не требует, чтобы либо боеголовки, либо их носители уничтожались, и, следовательно, не устанавливает каких-либо механизмов и процедур для проверки деятельности по их уничтожению.

Более радикально по поводу Договора о сокращении стратегических наступательных потенциалов высказались ранее цитированные сенаторы-демократы Левин и Рид: «Договор о сокращении стратегических наступательных потенциалов накладывает ограничения на размещение ядерного оружия, действующие до 31 декабря 2012 г., и уже с 1 января 2013 г. эти ограничения могут быть полностью сняты»[16].

Несмотря на «фиаско» в осуществлении программы РНЕП, завершившего ядерную деятельность первой администрации Буша, вторая администрация выступила с уже упоминавшейся программой RRW – как полагают эксперты, многомиллиардной программой в области ЯО.

2. Программа замены существующих ядерных боеголовок более надежными

Войдя в Белый Дом на второй срок с несколько большей по сравнению с избранием на первый срок легитимностью, президент Буш продолжил наращивание военной мощи США.

В статье С.М. Рогова, директора Института США и Канады РАН, отмечалось, что «стратегия национальной безопасности администрации Буша, а также доктринальные документы Пентагона вполне четко формулировали задачу наращивания военной мощи США с целью обеспечить подавляющее превосходство над любым государством или коалицией государств в XXI в.
При Буше произошел колоссальный скачок в сфере военных расходов. Военные расходы США в 2005 фин. г. с учетом дополнительных ассигнований на войну в Ираке составили 433 млрд. долл. Это больше, чем пик военных расходов при Рейгане (400 млрд. долл. в ценах 2005 г.) и Джонсоне (421 млрд. долл.)»[17].

В такой же степени продолжался рост расходов на деятельность в области ЯО по линии Министерства энергетики/ННСА. Ежегодные ассигнования на «Деятельность в области ядерного оружия» уже с первого фин. г. президентства Буша-мл. стали превышать по абсолютной величине ассигнования на аналогичные цели в последний фин. г. нахождения у власти Р. Рейгана, т.е. в период пика противостояния между СССР и США. С учётом средней 2-процентной инфляции в США в период с1989 по 2007 г. реальные расходы администрации Буша на «Деятельность в области ядерного оружия» в 2007 г. были в 1,07 раза больше,
чем аналогичные расходы администрации Рейгана в 1989 г.[18]
В конце 2004 г., по представлению администрации, конгресс принял упомянутую выше программу RRW, чтобы «усовершенствовать надежность, долговечность и сертифицированность существующего ЯО и его компонентов». В 2005 фин. г. конгресс выделил на программу 9 млн. долл., в 2006 фин. г. – 25 млн. долл. Несмотря на незначительную сумму, выделенную на программу в 2006 фин. г. и не позволяющую пока рассматривать ее как реально существующую, разработчики ЯО пытались использовать такое положение программы как удобный случай для превращения ее в грандиозную программу разработки и производства нового ЯО.

По прошествии более года после принятия решения о начале программы RRW конгресс имел все еще отвлеченный взгляд на эту программу из-за её неопределенности и двусмысленности. Это отражалось в стиле докладов конгресса относительно финансирования программы.

Глава Подкомитета по энергетике и водным ресурсам Палаты представителей Дэвид Гобсон (David Hobson) заявлял, что программа может в какой-то степени привести к повышению надежности оружия, но при этом недопустимо создание нового оружия, требующего проведения полномасштабных ядерных испытаний для его проверки перед принятием на вооружение.
Многие конгрессмены, в том числе и республиканцы, – члены Комитета по делам вооруженных сил Палаты представителей были скептически настроены по отношению к программе RRW. Особый взгляд на эту программу выразили 23 члена Комитета из 28, заявив, что программа не должна быть использована для придания ядерным боеголовкам новых боевых возможностей. Поддержка
конгресса возможна только в том случае, если программа RRW:
• на самом деле снизит или вообще исключит необходимость проведения ядерных испытаний;
• не приведёт к новым боевым возможностям или требованиям нового ЯО, особенно для тактических военных целей;
• обеспечит значительное сокращение стоимости функционирования всего американского ядерного оборонного комплекса (ЯОК), включая аннулирование требования строительства новых предприятий для производства плутониевых детонаторов.
Переход конгресса под контроль демократов радикально изменил судьбу программы RRW.

3. Оценка необходимости программы RRW и ее влияния на национальную безопасность США

Объективный анализ состояния существующего американского ядерного арсенала свидетельствует об отсутствии необходимости повышения его надежности, безопасности и сохранности. Осталось совсем немного возможностей для усовершенствования его ключевых характеристик. Американское ЯО имеет почти теоретически возможный максимум соотношения между мощностью и весом боеголовок. МБР могут доставлять ядерные боеголовки к цели с точностью в пределах десятков метров на расстояниях тысяч километров. Крылатые ракеты с ядерными зарядами имеют еще более высокую точность на расстояниях почти в 3000 км.
Утверждение администрации о том, что мощность существующих боеголовок слишком велика для использования на ТВД, несостоятельно. На самом деле, военное командование имеет широкий выбор малой мощности у наличных боеголовок. Эта мощность может варьироваться от 5 кт для зарядов крылатых ракет и от 0,3 кт для авиабомб. А для зарядов боеголовок МБР мощность может быть снижена до 15–30 кт.

Программа RRW подвергалась резкой критике за надуманность и вредность для национальной безопасности США на страницах американских СМИ и специализированных изданий независимых организаций, анализирующих ядерную политику администрации, с самого начала появления информации о решении конгресса ее утвердить. Даже краткий перечень этих публикаций займет много страниц. Ограничимся мнением Ричарда Гарвина (Richard Garvin) – физика-ядерщика, участника разработки водородной бомбы: «…в программе RRW нет необходимости. <…> Неопределенность новых разработок ядерного оружия будет неизбежно оказывать давление, чтобы для этого оружия были проведены полномасштабные подземные ядерные испытания. Это может привести к цепной реакции проведения собственных ядерных испытаний государствами, обязавшимися их не проводить, особенно Россией и Китаем»[19].

В ходе слушаний в конгрессе по запросу администрации 88,77 млн. долл. на финансирование программы RRW в 2008 фин. году развернулись дискуссии о целесообразности осуществления этой программы. Накал критики ядерной политики администрации шёл по нарастающей.

Конгрессмен Пит Вислоски (Pete Visclosky) (демократ, шт. Индиана) – председатель Подкомитета по финансированию энергетики и водных ресурсов (в том числе и деятельности ННСА), предупредил о возможном сокращении финансирования RRW (заявление от 2 марта 2007 г.)[20]. В совместном заявлении 2 марта конгрессменов Эллен Таушер (Ellen Tauscher) (демократ, шт. Калифорния) и Терри Эверетта (Terry Everett) (республиканец, шт. Алабама) отмечалось, что программа RRW сталкивается с серьезными трудностями[21].

На слушаниях 8 марта Таушер, председатель Подкомитета Палаты представителей по стратегическим ВС, отметила, что если возможности боеголовки RRW будут отличаться от возможностей существующих боеголовок, то конгресс не санкционирует инженерные разработки по проекту. «Это было в последний раз, когда администрация предложила новое ЯО – РНЕП»[22], – заявила конгрессмен. Она добавила, что планирует оказывать поддержку ратификации ДВЗЯИ[23].
Бывший министр энергетики в администрации Клинтона Билл Ричардсон (Bill Richardson), контролировавший многомиллиардные программы Министерства энергетики, предложил остановить разработки нового ЯО США и ограничить ядерные программы в странах, подобных Северной Корее и Ирану[24].

В конгрессе, как в Палате представителей, так и в Сенате, при обсуждении финансирования деятельности администрации в области ЯО на 2008 фин. г. были выдвинуты требования отложить финансирование программы RRW вплоть до 2010 г. Газета «Вашингтон Пост» тогда писала: «Конгрессмен Эллен Таушер, председатель Подкомитета Палаты представителей по делам Вооружённых Сил, в ведении которого находятся стратегические вооружения <…> полагает, что вопрос о будущем ядерной политики США необходимо передать следующей администрации, поскольку Белый Дом при Буше озабочен другими проблемами. Принятый Палатой представителей соответствующий закон исключает финансирование программы RRW и указывает Министерству энергетики и разведывательным агентствам на необходимость разработки "всеобъемлющей оборонной ядерной стратегии, основанной на современных и предполагаемых глобальных угрозах". В связи с этим снижается финансирование программ администрации Буша по модернизации производственного комплекса по производству, хранению и демонтажу ядерного оружия»[25].

Группа из четырёх сенаторов во главе с сенатором Дианой Файнштейн (Dianne Feinstein) (демократ, шт. Калифорния) выступила с радикальной законодательной инициативой закрыть финансирование программы RRW вплоть до 2010 г. и потребовала от администрации провести глубокое рассмотрение ядерной политики и состояния ядерного арсенала. Соавторами Файнштейн в подготовке «Акта по рассмотрению ядерной политики и состояния ядерного арсенала 2007» были сенаторы Сьюзен Коллинз (Susan Collins) (республиканец, шт. Мэн), Ричард Дурбин (Richard Durbin)(демократ, шт. Иллинойс), Рассел Файнгольд (Russel Feingold) (демократ, шт. Висконсин) и Эдвард Кеннеди (Edward Kennedy) (демократ, шт. Массачусетс).

«Акт по рассмотрению ядерной политики и состояния ядерного арсенала 2007» предполагает:
· запрещение любого финансирования программы RRW в течение 2008, 2009 и 2010 фин. гг., до тех пор пока необходимые доклады не будут представлены конгрессу президентом и министром обороны;
· требование к президенту провести рассмотрение ядерной политики и обсудить диапазон вариантов роли ядерного оружия в политике национальной безопасности США. Администрация может привлекать внешних экспертов и проводить публичные слушания, чтобы получить широкий спектр взглядов. Это политическое рассмотрение обеспечит варианты выбора и рекомендаций для последующего рассмотрения состояния ядерного арсенала. Соответствующий доклад должен быть представлен конгрессу не позднее 1 сентября 2009 г.;
· требования к министру обороны провести всеобъемлющее рассмотрение состояния ядерного арсенала США для обеспечения прозрачности политики и стратегии сдерживания. Доклад должен быть представлен конгрессу не позднее 1 марта 2010 г.[26].

Кроме требований отдельных конгрессменов и сенаторов, конгресс 19 декабря 2007 г. направил на подпись президенту Военный бюджет на 2008 фин. г. Одновременно с этим документом направлены требования представить в 2009 г. новый обзор состояния ядерных сил, содержащий:

(1) характеристику роли ядерных сил США в военной стратеги, её планировании и программировании;
(2) политические требования и задачи для США, способные обеспечить сохранность, надёжность и уверенность в осуществлении ядерного сдерживания;
(3) раскрытие связи между политикой сдерживания, стратегией выбора целей и задачами контроля над вооружениями;
(4) характеристику роли ПРО и обычных ударных сил в определении задач и размера ядерных сил;
(5) описание размеров и структуры развёрнутых систем ядерного оружия, которые потребуются для осуществления национальной и военной стратегии США, включая планы замены или модификации существующих сил;
(6) описание комплекса производства ядерного оружия, который потребуется для осуществления национальной и военной стратегии США, включая планы модернизации или модификации этого комплекса;
(7) описание активного и резервного запасов ядерного оружия, которые потребуются для осуществления национальной и военной стратегии США, включая планы замены или модификации ядерных боеголовок»[27].
«Под занавес своего спектакля на политической сцене Соединённых Штатов Америки» администрация Буша предприняла последнюю попытку реабилитировать проводимую ею в течение восьми лет и обанкротившуюся в конечном итоге ядерную политику.

В сентябре 2008 г. вышел в свет совместный документ министерств обороны и энергетики «Национальная безопасность и ядерное оружие в 21-м столетии»[28] с предисловием министра обороны Роберта Гейтса (Robert Gates) и министра энергетики Самуэля Бодмана (Samuel Bodman), в котором, в частности, отмечается: «В июле 2007 г., совместно с госсекретарём Кондолизой Райс, мы выпустили заявление, которое кратко обосновывало необходимость сохранения способности США к ядерному сдерживанию, и убеждали конгрессменов обеих партий поддержать программу RRW. Настоящий документ "Национальная безопасность и ядерное оружие в 21-м столетии" расширяет июльское заявление 2007 г. обращением к возврату рассмотрения с большей детализацией требований к ядерному оружию».

Весь документ пронизан обоснованием необходимости разработки и развёртывания ядерных боеголовок RRW взамен существующих. Кроме того, очевидно вследствие российско-грузинского военного конфликта в августе 2008 г., в документе говорилось: «Мы живём в непредсказуемом и опасном мире, тенденции развития международной обстановки безопасности нестабильны. В ближайшие десятилетия для Соединённых Штатов представляют угрозу:

· государства, вызывающие беспокойство, т.е. государства,которые либо имеют ОМУ, либо стремятся его получить и способны его доставлять, поведение которых не вписывается в международные нормы;
· радикальные экстремисты и негосударственные субъекты (организации), чьи мотивационные цели и ценности отвергают наши ценности и которые стремятся к насильственным способам достижения их целей в будущем с помощью захвата ОМУ и средств его доставки;
· главные ядерные державы вне НАТО – Китай и Россия, каждая из которых модернизирует свои ядерные способности и направления будущей политики которых остаются непредсказуемыми».
Следует отметить, что в июльском заявлении 2007 г. Россия еще не имела статуса «государства, вызывающего беспокойство» и не находилась в одном ряду с радикальными экстремистами.

Роберт Гейтс выступил 23 октября 2008 г. в Вашингтоне в Фонде Карнеги с речью в духе вышеприведенного документа, ультимативно обосновывая продолжение программы RRW как необходимое условие сокращения ядерного арсенала США. Гейтс заявил: «…не существует пути, которым мы можем обеспечить надёжное сдерживание и сократить количество боеголовок в нашем арсенале без возобновления испытаний нашего арсенала или продолжения программы модернизации».
Можно полагать, что будущее программы RRW будет достаточно дискуссионным. Очевидно, что Гейтс скрывает очевидную реальность, поскольку Пентагон и виды ВС США не примут на вооружение новое ЯО, разработанное на основе «виртуальных технологий», без проведения натурных контрольных испытаний, против возобновления которых категорически выступает конгресс. На 2009 фин. г. администрация запросила на программу RRW только 10 млн. долл., однако конгресс отказал в выделении и этой незначительной суммы.

В своем выступлении министр обороны не обошёл вниманием и Россию. В частности, он отметил, что Россия увеличивает свою ставку на ЯО путём создания новых МБР, систем морского базирования и предприятий по производству ЯО отчасти потому, что это оружие менее дорогостоящее, чем содержание больших обычных вооружённых сил.
Достаточно аргументированная характеристика ядерной политики Буша-мл. приводится в статье Джозефа Сиринсионе (Joseph Cirincione) (президента Ploughshares Found) «Стратегический коллапс: банкротство ядерной доктрины Буша»[29]. Автор перечисляет десять ключевых «провалов» в предотвращении распространения ЯО, к которым привела политика администрации Буша:

1. возросла опасность ядерного терроризма;
2. ускорилась иранская ядерная программа;
3. Северная Корея взорвала ядерную бомбу и развивала свою оружейную программу;
4. по всему миру распространились ядерные технологии, применимые для оружейных программ;
5. тысячи единиц ЯО времён холодной войны остались в высокой степени готовности для нанесения ударов;
6. возросли расходы на ЯО;
7. режим нераспространения приблизился к катастрофическому коллапсу;
8. соглашения между США и Индией в области атомной энергии проделали брешь в барьере для распространения ЯО;
9. остались действующими сети ядерной контрабанды;
10. программы противоракетной обороны не привели к созданию систем со сколько-нибудь значимой эффективностью.

Суть ядерной и всей военной политики администрации Дж. Буша-младшего изложила конгрессмен Элен Таушер (в виде комментариев к разработке специальной комиссией конгресса нового «Ядерного обзора» в Центре американского прогресса 17 ноября 2008 г.: «"Ядерный обзор 2001", к несчастью, содержал противоречивые характеристики. Они требовали перечеркнуть роль ядерного оружия в нашем стратегическом положении, поскольку способствовали снижению порога применения ЯО.
С самого начала всего срока пребывания администрации Буша была видна её "превентивная военная доктрина". Как результат, позиция администрации рассматривалась многими, включая и меня, как опасная и дестабилизирующая»[30].
Действительно, и внешняя, и ядерная политика США периода Дж. Буша-младшего были основаны на доминанте силовых методов и сделали мир менее безопасным, чем это могло быть при использовании выверенных и гибких политико-дипломатических методов. Поэтому, во избежание дальнейшего скатывания мирового сообщества к существованию в условиях острой конфронтационности необходимо радикальное изменение всех аспектов внешней и ядерной политики Соединённых Штатов.

4. Общественность США за радикальное изменение ядерной политики

Четыре знаковых архитектора ядерной политики США – Джордж Шульц (George Shultz), госсекретарь при Рейгане, Уильям Перри (William Perry), министр обороны при Клинтоне, Генри Киссинджер (Henry Kissinger), госсекретарь при Никсоне и Форде, и Сэм Нанн (Sam Nunn), бывший сенатор от шт. Джорджия, – призвали будущего президента к радикальным изменениям в ядерной политике США.

Согласно их предложениям, содержащимся в статье «К миру, свободному от ядерного оружия»[31], целью Соединённых Штатов должен быть «мир, свободный от ядерного оружия». Нельзя допустить, чтобы ядерным оружием обладали многие страны и, в конце концов, террористы. Первоочередные действия будущего президента должны сводиться к следующим:

· ключевые положения Договора о СНВ 1991 г., действие которого истекает 5 декабря 2009 г., должны быть распространены в части требований по контролю его соблюдения на Московский Договор по СНП 2002 г. так скоро, как только возможно;
· должны быть сделаны шаги по увеличению времени на предупреждение и решение на пуск баллистических ракет в ядерном снаряжении, что снизит риск случайного или несанкционированного ядерного удара. По мере роста доверия в российско-американских отношениях может вводиться взаимное согласие на устранение физических барьеров в командно-контрольных системах;
· необходимо отказаться от всех ныне существующих планов ракетных ударов, которые ещё остались от дней «холодной войны». На сегодня толкование сдерживания как требования взаимного уничтожения является в мире устаревшей политикой, поскольку США и Россия официально заявили о том, что они являются союзниками в борьбе против терроризма и не рассматривают друг друга как врага;
· следует начать переговоры о кооперации в создании, с многосторонним участием, систем ПРО и раннего предупреждения, как это предполагалось президентами Бушем и Путиным во время саммита 2002 г. в Москве. Это должно включать соглашение о планах предотвращения ракетного удара по Европе, России и США со стороны Большого Ближнего Востока, вместе с окончанием работы по созданию в Москве Объединённого центра обмена данными. Снижение трений в области ПРО повысит вероятность прогресса в широком круге ядерных проблем, так существенных для безопасности США, а провал в переговорах сделает широкую кооперацию в ядерной области значительно более трудной;
· во всем мире необходимо выработать максимально высокие стандарты безопасности для ядерного оружия и ядерных материалов, чтобы предотвратить приобретение террористами атомной бомбы;
· следует начать диалог с участием НАТО и России по обеспечению сохранности портативного ядерного оружия как наиболее привлекательного для захвата террористическими группами;
· необходимо усилить меры контроля в рамках Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО), препятствующие распространению передовых ядерных технологий. Неотложно требующийся прогресс в этом направлении может быть достигнут применением дополнительных соглашений по контролю (Дополнительный протокол), разработанных МАГАТЭ для всех подписантов ДНЯО;
· следует утвердить способ вступления в законную силу Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ), который мог бы усилить ДНЯО и международный контроль ядерной деятельности. Размещение Организацией ДВЗЯИ новых станций контроля для обнаружения ядерных испытаний должно быть поддержано США даже до ратификации ими ДВЗЯИ.
Диалог в этом направлении должен быть расширен до международного масштаба, включая как ядерные, так и неядерные страны.
Предлагаемые шаги нашли полную поддержку конференции, прошедшей в Гуверовском Институте Стенфордского Университета в октябре 2007 г. с участием ветеранов прошлых шести администраций и большого числа экспертов по вопросам ядерного оружия.

Очевидно, что шаги в направлении создания мира без ядерного оружия делают основной упор на привлечение России к реализации этой идеи. Предлагается создание европейской ПРО на кооперативной основе с равноправным участием России, а также её участие в других мероприятиях по укреплению ядерной безопасности.
Достаточно глубоко тема движения к безъядерному миру была исследована большой группой аналитиков Федерации американских учёных совместно с Советом по оборонным природным ресурсам и Союзом обеспокоенных учёных при участии некоторых независимых аналитиков. Результаты этих исследований представлены в докладе «К подлинной безопасности»[32], основным акцентом которого является требование к будущему президенту трансформировать ядерную политику Соединённых Штатов в направлении безъядерного мира.

В докладе отмечается, что даже в лучшем случае достижение международного консенсуса и создание институциональной структуры для глобального запрещения ядерного оружия займёт несколько десятилетий, а ограничения на технологии проверки и отсутствие соответствующего политического доверия могут сделать запрет ядерного оружия исключительно трудным, по крайней мере первоначально. В нынешней обстановке самое возможное – это достижение максимально низких уровней ядерных арсеналов. Однако установка на запрещение ядерного оружия и постоянное стремление к осуществлению этой цели необходимы для предотвращения стремления многих государств и террористов к обладанию ядерным оружием. Соединённые Штаты могут внести решающий вклад в национальную и международную безопасность, создавая необходимые для продвижения к этой цели условия.

Первым шагом является декларирование, что единственной задачей для ядерного оружия США является сдерживание и, в крайнем случае, ответ на применение ядерного оружия другой страной. Такая новая ядерная политика могла бы непосредственно повысить национальную безопасность США и способствовать нераспространению, несмотря на то, будет ли когда-либо достигнуто запрещение ядерного оружия или нет.
США должны в одностороннем порядке довести свой ядерный арсенал до 1000 ядерных боеголовок. Не существует объективной угрозы, которая бы оправдывала наличие более чем нескольких сотен неуязвимых единиц ядерного оружия в течение следующего десятилетия или далее, и нет военной причины связывать размер ядерных сил США с размерами ядерных сил других стран.

Нет также реальной угрозы, требующей от США способности запустить ядерное оружие в течение нескольких минут или даже часов. Увеличивая продолжительность времени, необходимого для запуска этого оружия, США могли бы успокоить Россию относительно потенциальной уязвимости её собственного ядерного сдерживания. В этом случае Россия могла бы иметь основание для уверенности в сохранности своего ядерного арсенала, что значительно сократит вероятность случайной, несанкционированной или ошибочной атаки с её стороны.

Для того чтобы привести ядерную политику США в гармонию с сегодняшними политическими и стратегическими реалиями, новый президент должен будет в одностороннем порядке сделать следующие шаги:

1. декларировать, что единственным предназначением ядерного оружия США является задача сдержать и, если будет необходимо, ответить на применение ядерного оружия другой страной;
2. отказаться от вариантов быстрого пуска путём изменения установившейся практики применения ядерного оружия, чтобы осуществлять его запуск через дни, а не минуты;
3. отменить существующие планы нацеливания и заменить их способностью к немедленному широкомасштабному ответу, адекватному ситуации, если ядерное оружие применено против США, их вооружённых сил или их союзников;
4. незамедлительно и безальтернативно сократить ядерный арсенал США до количества не более 1000 боеголовок, включая развёрнутые и резервные боеголовки. Соединённые Штаты могли бы продекларировать все боеголовки сверх этого уровня, являющиеся избыточными с точки зрения военной необходимости, перевести их в запас, начав их демонтаж в условиях транспарентности для международного сообщества. Начать избавляться при международных гарантиях от излишков плутония и обогащённого урана сверх количеств, необходимых для обеспечения этих 1000 боеголовок. Завершая окончание этого процесса в зависимости от российского ответа, США могли бы поощрить Россию к взаимности.
5. остановить все программы развития и развёртывания нового ядерного оружия, включая предполагаемую программу RRW.
6. немедленно и безальтернативно ликвидировать всё нестратегическое ядерное оружие, демонтировать его в условиях транспарентности и предпринять шаги, принуждающие Россию сделать то же самое.
7. заявить об обязательстве США снизить количество ядерных боеголовок в будущем на договорной двусторонней или многосторонней основе.
8. заявить о невозобновлении ядерных испытаний и работать с Сенатом в направлении ратификации ДВЗЯИ.
9. остановить дальнейшее развёртывание системы ПРО наземного базирования и отказаться от любых планов относительно ПРО космического базирования. Развёртывание Соединенными Штатами ПРО, которая, по мнению России и Китая, могла бы перехватывать значительную часть их оставшихся жизнеспособными межконтинентальных ядерных сил, будет препятствием для глубоких ядерных сокращений. Система ПРО может также явиться спусковым механизмом реакций этих стран, что может иметь своим результатом, по сути, снижение безопасности США.
10. вновь подтвердить обязательство США продолжить ядерное разоружение и представить конкретный план движения в направлении этой цели, в признании факта, что всеобщее и контролируемое сокращение ядерных арсеналов могло бы повысить как национальную безопасность, так и международную.

Если новый президент предпримет эти шаги, Соединённые Штаты получат значительное повышение как своей, так и международной безопасности, поскольку будут созданы условия для переговоров по сокращению арсеналов других стран. Совместно с этими государствами США могут затем энергично бороться за их вовлечение в переговоры и инструментальный контроль для многостороннего сокращения уровней значительно ниже 1000 ядерных боеголовок, заложив таким образом фундамент для осуществления конечной цели – всемирного запрещения ядерного оружия.

Однако при всей значимости предложений либеральной американской общественности по снижению ядерной угрозы одно фундаментальное положение не рассматривалось. Дело в том, что существующий колоссальный диспаритет в обычных вооружениях между США и НАТО, с одной стороны, и остальными странами мира – с другой, может стать практически непреодолимым барьером даже для сокращения мировых ядерных арсеналов, не говоря уже о полной ликвидации ЯО.

5. Заключение

Будет ли 44-й президент Соединённых Штатов Барак Обама обладать достаточной энергией и политической волей, чтобы сколько-нибудь значимо изменить унаследованную ядерную политику США при сложном внутриэкономического положении страны в условиях мирового экономического кризиса, покажет время.

Исходя из расположения фигур, номинированных на ключевые посты в администрации Барака Обамы, возможное «завтра» американской ядерной политики в начале 2009 г. вырисовывается неоднозначно.
Если судить о взглядах на будущую внешнюю политику США вице-президента Джо Байдена (Joe Biden) и госсекретаря Хиллари Клинтон (Hillary Clinton) можно только по их предвыборной риторике, то министр обороны Роберт Гейтс – уже сложившийся, опытный действующий высший военный администратор с далеко не «голубиными» и, в определённой степени, с неоконсервативными взглядами на военную политику Соединённых Штатов.

По мнению английской «Файненшл Таймс», назначением Х. Клинтон и Р. Гейтса Обама завершил формирование своей администрации, «которая отличается опытностью и склоняется к "ястребиному" крылу Демократической партии. По словам Обамы, назначенцы разделяют его философию государственного управления».

Перспективная оценка вероятных действий нового президента в отношении ядерной политики, безусловно, должна базироваться на учете весьма вероятного давления взглядов «нового старого» министра обороны на эту политику.

Пока заявления нового президента США вселяют определённые надежды на существенные изменения американской ядерной политики. Так, на сайте Белого Дома была представлена сжатая формулировка ядерной политики администрации Обамы: «Пока существует ядерное оружие, Обама и Байден будут постоянно поддерживать надёжное сдерживание. Но они сделают некоторые шаги по долгой дороге ликвидации ядерного оружия. Они остановят развитие новых ядерных вооружений; будут работать с Россией по снижению готовности МБР к запуску; искать пути радикального сокращения ядерных арсеналов США и России и производства оружейных делящихся материалов; преследовать цель расширения запрета на ракеты промежуточной дальности для США и России, с тем чтобы это соглашение стало глобальным».

Из этих перечисленных ядерных «новаций» Барака Обамы к числу уже выполненных Соединёнными Штатами можно отнести:
· закрытие «любимого детища» администрации Буша-младшего – программы RRW, имевшей своей целью создание новых стратегических ядерных боеголовок взамен существующих;
· начало переговоров с Россией по разработке договора о радикальном сокращении стратегических ядерных арсеналов обеих стран, возможно до уровня порядка 1500 ядерных боезарядов;

К числу практических шагов президента Обамы, направленных на создание более благоприятной обстановки для успешного завершения переговоров по новому договору взамен СНВ-1, следует отнести отказ США от связи этого договора с российским тактическим ЯО. Предложение США об исключении вопроса о российском оперативно-тактическом ЯО из предстоящих переговоров по сокращению стратегических вооружений было озвучено помощником госсекретаря по вопросам контроля и соблюдения соглашений Розой Гёттемюллер (Rose Gottemoeller) на ежегодной конференции по нераспространению с участием посла РФ С. Кисляка в Фонде Карнеги. «Я определённо полагаю, что мы должны исследовать эти вопросы с Российской Федерацией и решить, как их приспособить к повестке дня», – заявила мисс Готтемоеллер, однако добавила, что президент Обама считает этот вопрос областью, которая должна рассматриваться в другое время[33].

Одна из перечисленных выше ядерных «новаций» Обамы – «работать с Россией по снижению готовности МБР к запуску» – вызывает самые серьёзные сомнения в своей реализации. Опуская исключительную сложность обеспечения гарантированно надёжного контроля в его технологических и политических аспектах, можно утверждать, что ни Россия, ни Китай не пойдут на снижение боеготовности своих стратегических ядерных сил к немедленному запуску. Причина тривиальна: подавляющее превосходство США в обычных вооружениях.

Таким образом, с чисто профессиональной военной точки зрения операторов Генштаба в предложениях Обамы можно усматривать возможность подорвать сокращённый ядерный потенциал ответно-встречного или ответного удара. Вполне возможен гипотетический сценарий, когда по ядерному потенциалу, находящемуся в состоянии замедленной боеготовности, может быть нанесен «разоружающий» удар несколькими тысячами (по некоторым экспертным оценкам до порядка 8 тыс.) крылатых ракет морского (КРМБ) и воздушного базирования в обычном (а возможно, и в ядерном) снаряжении, прежде чем остатки этого потенциала будут приведены в боеготовность для ответного удара. При таком сценарии сдерживающая роль более многочисленного российского оперативно-тактического ЯО может быть значима только для европейских союзников НАТО, которые со своими территориями к этому сценарию могут быть и не причастны.

Тем не менее, решимость президента Обамы пойти на существенное снижение уровня ядерного противостояния США и России может иметь непреходящее значение в определённом повышении международной безопасности.

Бочаров И.Ф., к.т.н., старший научный сотрудник Института США и Канады РАН
Источник: Журнал "Россия и Америка в ХХI веке" №2, 2009





[1]Nuclear Posture Review [Excerpts] Submitted to Congress on 31 December 2001. Washington, 2002.
[2] Richter Paul U.S. Works Up Plan for Using Nuclear Arms. – Los Angeles times. March 9, 2002.
[3] Полунезависимый статус ННСА был обусловлен наличием в ее структуре Консультативного комитета независимых академических экспертов по ЯО. В середине 2003 г. этот Консультативный комитет был распущен тогдашним руководителем ННСА Линтоном Бруксом. Тем самым, «де-факто» ННСА потеряла для американской общественности свой полунезависимый статус и превратилась в сугубо закрытую структуру Министерства энергетики с самостоятельным бюджетом.
[4] Civiac Robert. An Analysis of the Bush Administration's Nuclear Weapons Policy. AReportforTri-ValleyCAREs. May 28, 2002.
[5] Разработка и испытания ЯО в США осуществляется тремя ядерными лабораториями: Лос-Аламосской национальной лабораторией (штат Нью-Мексико), Ливерморской национальной лабораторией им. Лоуренса (штат Калифорния) и Сандийской национальной лабораторией (штаты Нью-Мексико и Калифорния),
[6] NNSA Press Release: "NNSA Establishes New Office to Led Future of Nuclear Weapons Complex". 28 Jun, 2006.
[7] Civiac Robert. Ibidem.
[8] Kimball D.G. Nuclear Bunker-Buster (As We Know It) Is Dead. Arms Control Association (ACA), Subject Recourses. October 26, 2005.
[9] Civiac Robert. America's One-Nation Arms Race. A Report for Tri-Valley CAREs. April 2005.
[10] О более подробном обосновании военно-технической несостоятельности программы РНЕП с учетом мнений многих американских экспертов в области ЯО см.: Бочаров И.Ф. Ядерный арсенал США в условиях моратория на ядерные испытания // США*Канада. 2003. № 4; Бочаров И.Ф. Ядерная политика администрации Дж. У. Буша // США*Канада. 2003. № 10; Бочаров И.Ф. Разработка в США нового ядерного оружия // США*Канада. 2004. № 11.
[11] С начала 2007 г. сенатор Джек Рид стал лидером демократического большинства в Сенате, а Карл Левин возглавил Сенатский Комитете по делам Вооружённых Сил.
[12] Levin C. and Reed J. Toward a More Responsible Nuclear Nonproliferation Strategy. – ACT, January / February, 2004.
[13] Рогов С.М. После войны в Ираке: крах однополярного мира // Независимое военное обозрение. 2006. № 45.
[14] Достаточно подробно своеобразие деятельности администрации Буша по количественному составу стратегического ядерного арсенала США отражено в статье: BoeseWade. Bush Plans to Cut Atomic Arsenal. ACT, July/August, 2004.
[15]ПосообщениюБелого Дома от 5 января 2007 г. президент Буш уволил с поста главы ННСА Линтона Брукса и назначила на его место его заместителя Томаса Агустино (ThomasD'Agustino). Увольнение Брукса связано с кражей компьютерных файлов в Лос-Аламосской ядерной лаборатории, содержавших как данные по социальной безопасности, так и другие важные данные на 1500 сотрудников этой лаборатории. См. об этом: Hebert Josef. Bush Picks New head of Nuclear Agency. – The Guardian, January 5, 2007.
[16] Levin C. and Reed J. Op. cit.
[17] Рогов С.М. Вторая администрация Буша-младшего // США*Канада. 2006.№№ 2, 3.
[18] Бочаров И.Ф. Современные подходы США к ядерному сдерживанию // США*Канада. 2008. № 4.
[19] Fleck John. Bomb Designer Questions U.S. Nuclear Policy. – Albuquerque Journal, March 13, 2006.
[20] Boese Wade. New U.S. Warhead design selected. – ACT, April, 2007.
[21] Ibidem.
[22] Ibidem.
[23] Sterngold James. Bomb gurus ponder non-nuclear future – New U.S. weapons could make arsenal a relic of Cold War. – San Francisco Chronicle, March 4, 2007.
[24] Arnold John. In Gov.'s Vision, No New Nukes. – Albuquerque Journal, February 8, 2007.
[25] Pincus Walter. Congress Seeks New Direction for Nuclear Strategy. – Washington Post, 18 July, 2007.
[26] Senator Feinstein Introduces Legislation to Cut Funding of Reliable Replacement Warhead Program and Require Administration Review of U.S. Nuclear Weapons Policy and Posture. – U.S. Senator Dianne Feinstein website, August 2, 2007.
[27] Federation of American Scientists (FAS), Natural Resources Defense Council (NRDC) and Union of Concerned Scientists (UCS). Toward True Security. February, 2008.
[28] National Security and Nuclear Weapons in the 21st Century. September, 2008.
[29] Joseph Cirincione. Strategic Collapse: The Failure of the Bush Nuclear Doctrine. – ACT, November, 2008.
[30] Ellen Tauscher. Remarks at the Center for American Progress. – http://www.americanprogress.org/issues/2008/11/pdf/tauscher_remarks.pdf
[31] Shultz G.P., Perry W.J., Kissinger H.A. and Nann S. Toward a Nuclear- Free World. – The Wall Street Journal, January 15th, 2008.
[32] Federation of American Scientists (FAS), Natural Resources Defense Council (NRDC) and Union of Concerned Scientists (UCS). Toward True Security. February, 2008.
[33] Kralev Nicholas. Battlefield nukes left out arms talks. – The Washington Times, April 16, 2009.


 Тематики 
  1. Мир под эгидой США   (1322)